June 23

Партизанский молдаванский собираю я отряд…

События и публикации 23–24 июня комментирует обозреватель Андрей Жданкин*.

Такого, честно скажу, я не припомню. Третий день подряд все газеты на первые полосы выносят зарубежные новости. Точнее, новости из бывших советских республик. Новости, понятное дело, безрадостные. Только чтение заголовков уже повергает в глубочайшее уныние: «Война стучится в ворота Кремля» («Независимая газета»); «Цхинвал в руинах», «Ситуация остается крайне тяжелой», «Общая опасность сближает российские власти» («Российская газета»); «Трудные поиски мира в Дагомысе под канонаду межнациональных конфликтов», «Как это было в Бендерах», «Из Тирасполя сообщают: за сутки – тысяча убитых», «Попытка путча сорвана», «В расстрелянном городе» («Известия)…

Ситуацию нагнетает «Независимая газета»:

  «За несколько часов до возвращения президента из-за океана вице-президент Александр Руцкой счел необходимым провести заседание правительства, на котором, по существу, выдвинул ультиматум лидерам Грузии и Молдовы. Затем вице-президент в полночь появился на телеэкране, чтобы напомнить руководителям двух зарубежных стран (одна из них даже не входит в СНГ), кто он и кто – они. И президент Борис Ельцин и премьер Егор Гайдар оказались вынужденными солидаризоваться с «линией Руцкого». Так после нескольких дней вице-президентского управления Россией страна оказалась на пороге войны. Настоящей войны, отличающейся от страшных, но, увы, привычных уже нам межэтнических конфликтов мобилизацией резервистов в мирных российских городах, возрастающей ролью армии с внутриполитическими последствиями и организационными выводами наверху, крахом экономических реформ и внешнеполитических удач».

Не отстает от «Независимой» и «Российская газета». Первополосная заметка «Общая опасность сближает российские власти»:

  «Похоже, длившаяся почти год конфронтация между исполнительной и законодательной властями в Москве приостановилась, а возможно, и заканчивается. Недельная вакханалия национал-патриотов в Останкине с личными оскорбительными выпадами в адрес главы государства, продолжающийся штурм Цхинвала подразделениями национальной гвардии Грузии, массовое изгнание южноосетинского этноса со своей исторической родины на территорию Российской Федерации и, наконец, ничем не спровоцированное нападение молдавских вооруженных сил на город Бендеры поставили московские руководящие круги перед выбором: либо обе ветви власти перестанут выяснять отношения между собою и займутся восстановлением авторитета Российского государства, возьмут под действительную, а не словесную, защиту своих сограждан в ближнем зарубежье, либо позволят нашему некогда могучему государству и дальше погружаться в небытие».

Интересно то, что оба материала в этих двух газетах – не редакционные, а опубликованы под рубрикой «Мнение».

Хотя, события в Бендерах в те дни действительно заслуживали самого пристального внимания. Дело в том, что буквально накануне эскалации конфликта молдавский парламент попытался сделать шаг навстречу приднестровской республике и 18 июня принял постановление о мирном урегулировании конфликта и создании смешанной комиссии. К тому моменту под ружье в молдавскую армию было призвано около 18 тысяч резервистов, хотя многие и уклонялись от мобилизации.

Тем не менее, несмотря на решение молдавского парламента, 19 июня в Бендеры были направлены регулярные части молдавской армии и бронеколонны МВД. На тот момент президентом и главнокомандующим Молдавии был Мирча Снкегур, а министром обороны – Ион Косташ. Собственно говоря, именно эти двое и ответственны за развязывание войны между Тирасполем и Кишиневом.

20 июня молдавские войска вышли к бендерскому мосту через Днестр. Начался штурм горисполкома, обороняемого приднестровцами. Кишинёв попытался использовать авиацию для взрыва моста, однако бомбы попали в жилые кварталы села Парканы, убив нескольких мирных жителей.

Но главная опасность конфликта состояла в том, что в него стали втягиваться иностранные граждане. Началось с того, что молдавские военные попытались, правда, неудачно, штурмовать расположение 14-й армии, дислоцированной в Бендерах. Стали обстреливать расположение полка. Там произошел взрыв, погибли 26 солдат. Тогда российские военнослужащие взялись за оружие. На сторону приднестровцев стали переходить добровольцы из 14-й армии, у многих из которых были местные семьи. Они вместе с казаками, гвардейцами и ополченцами прорвались в Бендеры и выбили молдавские войска из большей части города. И в эти же дни в Приднестровье стали стягиваться добровольцы из России, в большинстве своем – казаки (тут, кстати, «Независимая газета» ошиблась – не понадобилось никакой мобилизации, народ сам потянулся на войну).

К тому моменту парламент Молдовы забыл о своем предыдущем решении. Как пишут «Известия», «После двухдневных дебатов парламент Молдовы принял постановление, в котором масштабные вооруженные столкновения в Бендерах, приведшие к многочисленным жертвам среди мирного населения, названы результатом агрессии 14-й армии и безответственных выступлений А. Руцкого, ставших прямым вмешательством во внутренние дела независимой Молдовы».

Напомню пару выдержек из обращения вице-президента, которые, скорее всего, и вызвали тогда гнев молдавской стороны:

  «Сегодня, на заседании правительства России, принято решение, которое дает полномочия вооруженным силам, находящимся под юрисдикцией России, отражать всеми имеющимися средствами нападения на военнослужащих и членов их семей. Наши войска уже приняли первые действия по необходимой обороне и будут и впредь реагировать адекватно. Одновременно мы обращаемся к странам–участницам Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе, к членам Организации Объединенных Наций, к мировому сообществу с призывом осудить акты геноцида в Молдове и Грузии, принять меры к прекращению преступления против человечества… Мы призываем народы мира, Совет Безопасности ООН, политических лидеров держав осудить и привлечь к ответственности зарвавшихся политиков, развязавших геноцид против собственного народа»…

Что касается Грузии, тут реакция на слова Руцкого была более мягкой. Шеварднадзе написал ему открытое письмо, в котором отчитал за попытки вмешиваться во внутренние дела Грузии, одновременно – распорядился ни в коем случае не вмешивать в конфликт российских военных. Это при том, что в Цхинвале наши солдаты тогда уже вступали в перестрелки с грузинской армией, причем, дело доходило чуть ли не до воздушных боев.

Но, что самое интересное, в самой грузинской столице никакой агрессии ни к русским, ни к российским военнослужащим, тогда еще находившимся на территории Тбилиси, не наблюдалось. В те дни приятеля-журналиста редакция командировала в грузинскую столицу. Много там общался с местными жителями и по профессиональной необходимости и из человеческого интереса. Так вот все недовольство позицией российских политиков проявлялось исключительно в ходе задушевных застольных разговоров и ограничивалось гневными тостами. Ни разу никто не сделал ему замечание за то, что он по-русски общался в магазинах или где бы то ни было еще, тем более, что для этого многонационального города русский язык тогда был основным языком общения. Как и для Риги или Баку советских времен. Не знаю, как теперь. Думаю, все иначе. Но, даже если так, их можно понять.

Что касается Молдовы, тут конфликт разгорался не на шутку. Само собой, российское руководство больше не могло сохранять нейтралитет, и 7 июля в регион прибыли полномочные представители президента. Тем временем в Кишиневе левые силы начали выступления за отставку правительства и парламента, допустивших гражданскую войну. Глава правительства Валерий Муравский и министр обороны Ион Косташ ушли в отставку. Удалось достичь соглашений о прекращении огня. А 21 июля, спустя месяц после начала обострения конфликта, в Москве Ельцин и Снегур в присутствии президента ПМР Игоря Смирнова (к слову, одного из самых «долгоживущих» политиков на территории бывшего СССР – правил республикой ровно двадцать лет, вплоть до 2011 года) было подписано соглашение «О принципах урегулирования вооружённого конфликта в Приднестровском регионе Республики Молдовы».

По разным оценкам, в ходе конфликта с обеих сторон погибли более одной тысячи человек, в том числе около 400 мирных жителей. Ранено было около 4,5 тысяч. Только приднестровская сторона потеряла около 500 человек погибшими, 899 были ранено, а около 50 пропали без вести, однако эксперты считают, что реальные потери были большими. Уничтожено и повреждено было 1280 жилых домов, из которых 60 полностью разрушены. Разрушено 19 объектов народного образования (из них 3 школы), 15 объектов здравоохранения. Повреждены 46 предприятий промышленности, транспорта, строительства, 603 государственных дома повреждены частично. Городу был причинён ущерб на сумму, превышающую 10 миллиардов рублей по ценам 1992 года.

Андрей Жданкин. Профессиональный журналист. Окончил Московский государственный университет имени Ломоносова. В 1991 году – обозреватель «Российской газеты». После августовских событий (ГКЧП) – официальный пресс-секретарь Государственной комиссии по расследованию деятельности органов КГБ в путче, образованной указом Президента СССР М.Горбачева (комиссия С.Степашина). После «Российской газеты» (пунктирно) – еженедельник «Россия», «Совершенно секретно», несколько журналов «с нуля», участие в избирательных кампаниях федерального уровня.

Источник