October 8

Читал Рухнама и много думал

События и публикации 20 октября 1992 года комментирует обозреватель Аркадий Дубнов*

В конце декабря 1993 года я впервые оказался в Туркмении. Будучи обозревателем журнала «Новое время», освещал визит Бориса Ельцина в эту замечательную страну. Первому президенту России вручили тогда еще пахнущий типографской краской зеленый туркменский паспорт, он стал первым россиянином, получившим второе туркменское гражданство (любопытно, кстати, где этот паспорт сейчас?). Этим событием было увенчано подписанное Ельциным и покойным ныне президентом Туркмении Сапармурадом Ниязовым российско-туркменское соглашение о двойном гражданстве.

Кто мог подумать тогда, что это соглашение о двойном гражданстве окажется через десять лет поводом для крупного межгосударственного скандала в отношениях Москвы и Ашхабада… В моей журналистской, да, впрочем, и личной жизни, то первое десятилетие российско-туркменских отношений оказалось отделено глубокой пропастью от второго десятилетия: с 2003 года я официально являюсь персоной nongrata в Туркмении, поскольку был тогда обвинен в причастности к организации государственного переворота в ноябре 2002 года. Главным доказательством этого были мои дружеские отношения с бывшим министром иностранных дел Туркмении Борисом Шихмурадовым, возглавившим попытку переворота. Шихмурадов добровольно сдался туркменским властям в декабре 2002-го в Ашхабаде, чтобы не допустить преследования своих близких.

Он был приговорен к смертной казни, замененной на пожизненное заключение, и затем бесследно исчез в туркменских застенках. С тех пор его не видел никто, ни родственники, ни адвокаты, ни врачи, к нему ни разу не допускались представители Красного Креста, несмотря на многочисленные обращения…

Один из западных дипломатов, работавших в те годы в Ашхабаде, как-то передал слова Туркменбаши, – таким официальным титулом был увенчан Ниязов в конце 1990-х годов – «Шихмурадов сгниет в тюрьме…»

Это предисловие к огромному интервью Ниязова под заголовком «Ритм реформ мы должны определять сами. Позиция президента Сапармурада Ниязова», обнаруженному мною на страницах «Независимой газеты» от 20 октября 1992 года. Его автором был Виталий Портников.

Интервью было взято заочно. Все вопросы, начинающиеся со слов «каково» и «каковы», были отправлены по факсу и таким же образом получены ответы. Подготавливал ответы один из русскоговорящих помощников Ниязова, это следует из их лексики, – туркменский президент, с которым мне не раз доводилось общаться в середине 1990, так выражать свои мысли был не в состоянии. Но мысли были его…

Ответ на первый вопрос, «Господин президент, каковы ваши представления о перспективах развития Туркменистана, организации властных структур и построении независимого государства?», стоит привести почти полностью, он выглядит своеобразным манифестом.

– В перспективе мы хотим создать светское, демократическое государство с многоукладной, эффективной экономикой, в котором будут гарантированы все права человека – свобода слова, совести, свобода передвижения, выбора места жительства и другие. Все эти свободы соблюдаются и сейчас, другое дело, что в переходный период государство вынуждено регулировать действие этих категорий и интересах всего общества. Мировой опыт, да и совсем новый опыт развития стран СНГ показывает, что переход от тоталитарного государства к демократическому сопровождается рядом негативных моментов. Это, прежде всего поляризация сил, раскол общества и вследствие ухудшения жизни людей конфронтация различных общественных сил. Попытки стремительно провести реформы только обостряют ситуацию. Если сами реформаторы в тиши кабинетов еще могут осознать необходимость временного понижения жизненного уровня людей ради будущих благ, то простых людей больше волнуют земные, повседневные заботы. И долг политиков – оперируя масштабами и категориями будущего, не забывать, прежде всего, простого человека сегодня. Поэтому мы выбрали постепенность и взвешенность в проведении реформ. Никто не знает наших проблем лучше нас, следовательно, ритм проведения нашей реформы мы должны определять сами, исходя из местных условий, а не как того требуют какие-нибудь классические, демократические формулы или рецепты, разработанные в какой-либо благополучной западной стране. Мы перейдем к рынку, это однозначно, но мы не пойдем на повальную приватизацию. Пока собственность постепенно будет находить своих хозяев, пока постепенно будет формироваться свой национальный класс предпринимателей, пока люди будут учиться быть собственниками, государство будет держать все ресурсы и средства в своих руках и использовать их в интересах всего общества. Что касается создания новых властных структур, то мы уже в общих чертах завершили формирование президентской структуры. Создан Кабинет министров, который возглавляет президент. Эта структура пронизывает по вертикали все звенья. Мы реорганизовали государственную власть на местах, что позволило ликвидировать дублирование, круговую поруку, безответственность. Каждый руководитель отвечает за свою работу персонально. Есть успехи в работе, честь ему и хвала, нет – тогда освободи должность. Новая вертикальная структура власти в конечном итоге выходит на президента, следовательно, окончательную ответственность за дела в стране несет президент и возглавляемый им Кабинет министров…»

Сегодня, когда хорошо известен характер построенного в Туркмении государства, которое принято чаще всего ставить в один ряд с Северной Кореей, особенно многозначительными выглядят гарантии прав человека, обещанные обеспечить после окончания «переходного периода» от тоталитаризма к демократии, который будет сопровождаться рядом негативных моментов». Хорошо, вполне по-ленински, звучат слова о необходимости помнить о нуждах «простого человека». Впрочем, совсем недавно, нечто похожее было произнесено и нынешним российским президентом Владимиром Путиным, когда он призвал защищать «человека труда». Даже было организовано соответствующее движение на Урале, его создание вдохновил Игорь Холманских, бывший начальник цеха «Уралвагонзавода»…

Выразительной и точно передающей характер процессов, происходивших на всем постсоветском пространстве, выглядела и ниязовская формула, согласно которой «собственность постепенно будет находить своих хозяев».

Тут надо честно признать, что в Туркмении эта собственность гораздо быстрее нашла своих хозяев, нежели в России, где она часто терялась, переходя из рук в руки. При этом нередко терялись и сами собственники, причем навсегда…

В том интервью «НГ» Ниязов, пожалуй, впервые изложил свои претензии бывшему союзному центру.

«В бывшем Союзе страдали все республики, кто-то больше, кто-то меньше. Однако интересы Туркменистана не соблюдались даже в мизерной степени. Мы снабжали газом другие республики по смехотворным ценам, которые даже и символическими назвать нельзя, и, пожалуй, никто сейчас не может оспорить наше желание продавать газ по мировым ценам. Нашим партнерам надо осознать, что, получая от нас газ, соответствующий всем мировым стандартам, они предлагают нам товары на мировом рынке вовсе неконкурентоспособные. И если на наше сырье покупатель в мире всегда есть, то на готовую продукцию бывших республик Союза покупателя надо еще поискать».

А вот постулаты, изложенные в следующем пассаже из этого интервью, в последние десять лет никогда бы не увидели свет в нынешней Туркмении.

«В Туркменистане живут десятки тысяч русских, украинцев, и мы считаем их своими гражданами, соотечественниками. Они всегда будут связующим гостом между нашими странами. И в этом наша сила и богатство. Мировой опыт показывает, что при правильном национально-государственном устройстве, при оптимальной национальной политике, многонациональное общество намного эффективнее, чем мононациональное».

После провала попытки переворота, туркменские власти обнаружили, что среди заговорщиков были не только иностранцы, но и лица с двойным туркмено-российским гражданством, узаконенным соглашением 1993 года. Это подвигло пришедшего в ярость Туркменбаши на срочную ликвидацию института двойного гражданства. В апреле 2003 года он подписывает с Путиным в Москве два документа, стратегическое соглашение на 25 лет о закупке Россией практически всего добываемого туркменского газа и протокол о прекращении действия соглашения 1993 года. Произошедшее было названо сделкой «газ-люди». При подписании Путин сказал тогда знаменитую фразу, – «соглашение о двойном гражданстве выполнило свою историческую миссию, те русскоязычные, кто хотел, уже уехали из Туркмении…»

И уже буквально через 12 дней после подписания Туркменбаши в одностороннем порядке, не дожидаясь ратификации соглашения российской Думой, ввел протокол в действие. Всем «двойным» гражданам было дано два месяца на выбор одного из гражданств и, соответственно, отказ от другого.

Начался грандиозный международный скандал. Среди десятков тысяч русскоязычных в Туркмении началась паника, в срочном порядке они начали продавать квартиры, цены на которые упали мгновенно. Туркменские чиновники стали шантажировать русских, мол, не продадите сегодня, завтра отдадите бесплатно…

МИД России выступил с заявлением о непризнании одностороннего выхода Туркмении из соглашения о двойном гражданстве. После трудных и вязких переговоров Ниязов вынужден был слегка сдать назад, заявив, что права русскоязычных, получивших российское гражданство до апреля 2003 года, ущемляться не будут. Гражданство РФ, полученное после этой даты, признаваться в Туркмении не будет. Ашхабад объяснял свои действия тем, что российские паспорта легко купить в самой России и этим пользуются преступники.

Сегодня, спустя почти десять лет, ситуация с «двойными» гражданами остается самой болезненной в российско-туркменских отношениях.

В том интервью Ниязова была изложена и позиция относительно участия Туркмении в СНГ.

«Что касается Содружества независимых государств, то я не стал бы упрощать ситуацию. Она очень сложная… Говорят о некоем координирующем исполнительном органе в рамках Содружества. Мы против такого решения. Я думаю, что подобный шаг реанимирует и прежний экономический принцип хозяйствования…, то есть нам опять будет отведена роль сырьевой базы. Я думаю, что решение этого вопроса надо искать прежде всего в создании полнокровных двусторонних отношений…»

Спустя двадцать лет Туркмения так и не стала членом СНГ, оставаясь его, так называемым, «ассоциированным» участником. Однако, что выглядит достаточно забавно, Туркмения в этом году получила право председательствовать в СНГ. И в начале ноября 2012 года в Ашхабаде состоится даже встреча глав государств Содружества…

В заключение несколько цитат из книги, вышедшей в Ашхабаде в 2004 году тиражом в 1000 экземпляров. На ее ярко-красной обложке имя автора «Борис Шихмурадов». Название гласит: «Я сам и мои сообщники-террористы». Чуть ниже: «Правда и только правда о теракте в Ашхабаде 25 Санджар (ноября) 2002 года».

От имени автора там пространно излагается подготовка к заговору и отведенная в нем его сообщникам роль. В разделе «От автора», в частности, есть такие строки:

«Эта книга написана мною после длительных размышлений о моем жизненном пути, о том, как я из расхитителя государственного имущества превратился в террориста, врага народа Туркменистана, готового предать Родину в угоду собственным преступным интересам и моим зарубежным прикормышам (да, именно так! – А.Д.)».

А вот пара абзацев, где описываются мои личные заслуги как участника заговора:

«Около 23.00 часов 24 Санджар (ноября – А.Д.) 2002 года я с Б. Бердиевым и С. Рахимовым отредактировали текст, в котором было изложено, что власть в Туркеменистане захвачена преступной группой и законный президент Туркменистана Cапармурат Туркменбаши Великий насильственным путем отстранен от власти, убит заговорщиками, когда ехал на работу. К власти пришло демократическое руководство, имелась ввиду вся вышеназванная преступная группа, и что международная террористическая банда во главе со мной желает установить дипломатические отношения с зарубежными странами.Этот текст был продиктован по спутниковому телефону продажному российскому журналисту Аркадию Дубнову. Ему сообщили, что за продвижение этого материала на российское телевидение для обмана людей он получит дополнительную премию 30000 тысяч долларов США. А. Дубнов, долгие годы живущий на деньги, украденные мною в Туркменистане, все выполнил.Была полночь. Я спать не хотел. Ы. Ыклымов угостил желающих наркотиками, а сам взял спутниковый телефон и по очередности переговорил с Вашингтоном, Москвой…».

И еще несколько строк из заключительной главы этой книги, настоящему автору которой позавидовал бы сам Андрей Януарьевич Вышинский.

«Я оклеветал свою родину, хотя прекрасно знал, что в ней есть все, и свобода, и демократия. И еще есть книга, которую Сапармурат Туркменбаши Великий подарил народам всего мира, священная Рухнама. Наверное, это звучит странно, что человек, отбывающий пожизненный срок заключения, дает какие-то советы, но даю совет тем, кто имеет преступные замыслы, подлые намерения – откройте эту книгу, прочтите ее, она не может не заставить вас задуматься и сделать правильные выводы».

У меня есть эта книга, даже две, ведь вскоре после выхода вышеприведенного опуса вышел второй том Рухнама. Когда я узнал из нее, что туркменскому народу пять тысяч лет и именно туркмены выдумали колесо, я и вправду задумался…

Аркадий Дубнов. Международный обозреватель газеты «Московские новости». Закончил МЭИ, работал в НИИ и на АЭС. В журналистике с 1990-го: «Демократическая Россия», «Новое время», «Радио Свобода», «Время новостей». 20 лет наблюдает за тем, что происходит на месте бывшего Союза.

Источник