Об ушедшем комиссаре приватизации
В интервью «Известиям» (6 декабря 1995 г.) теперь уже бывший первый вице-премьер Анатолий Чубайс высказал некоторое удивление по поводу того, что кто-то еще из команды Гайдара продолжает оставаться в правительстве. Удивление, как показало развитие событий, имело под собой весомые основания.
В то же время нет никаких сомнений в том, что прошение об отставке не было инициативой самого Чубайса. За годы работы в правительстве он успел не раз продемонстрировать твердость характера и настойчивое стремление доводить начатое до конца. Вряд ли он посчитал начатое им дело завершенным.
Назначенный в ноябре 1991 года председателем несуществующего Госкомимущества и ответственным за приватизацию, Анатолий Чубайс был практически никому не известен. Очень быстро он создал ведомство, с четкой, по общему признанию его коллег, внутренней организацией и достаточно высокой способностью решать поставленные задачи.
Советская хозяйственная номенклатура поначалу даже не воспринимала всерьез ни Чубайса, ни его ведомство. Но меньше чем через год директора и министры-отраслевики заголосили о том, что в правительстве существует суперведомство-монстр, которое обладает слишком большими полномочиями и еще большими амбициями в отношении вверенной ему собственности. И это могло означать в первую очередь то, что «завлаб» оказался очень эффективным бюрократом в разумном понимании этого слова.
Можно сколько угодно говорить об ошибках приватизации. Следует заметить, что успешных, в полном смысле этого слова, примеров приватизации практически не существует ни в одной стране Востока и Запада. У всех этот процесс проходил и проходит тяжело и не очень удачно. Но еще более тяжело и неудачно функционирует собственность, сосредоточенная в руках государства. Поэтому речь может идти лишь о том, чтобы попытаться проводить разгосударствление с наименьшими потерями и наименее неудачно.
Насколько это получилось у Чубайса — предмет бесконечной дискуссии, но общепризнанный факт состоит в том, что благодаря его почти фанатическим усилиям оказалась разрушенной многолетняя монолитная и, казалось, неколебимая государственная монополия на собственность. Это во-первых. А во-вторых, впервые за годы советской власти у людей не забирали, а попытались что-то дать. Недобрым словом поминаемый многими ваучер и низкая начальная цена на акции большинства предприятий позволили всем принять участие в этом процессе.
Масштабы перехода собственности из государственных в частные руки и сроки, в которые это было осуществлено, таковы, что никакая Книга Гиннесса не способна их отобразить.
За четыре с лишним года службы в правительстве Чубайс прошел через взлеты и падения. Из председателей Госкомимущества стал вице-премьером (сохранив пост председателя). Потом, когда Ельцин решил ограничить число вице-премьеров четырьмя, Чубайс не попал в их число. Однако в должности министра проходил буквально считанные дни. «Вдруг» выяснилось, что по положению о правительстве глава Госкомимущества по должности является вице-премьером, и Чубайс был возвращен в их число. Затем он поднялся еще на ступень выше, став первым вице-премьером.
Его реальное влияние в правительстве не всегда совпадало с формально занимаемой должностью. Он то приближался к президенту, то был удаляем, то терял контроль над ситуацией, то диктовал правила игры. И все эти годы он героически отражал непрерывные (а при хасбулатовском Верховном совете смертельные) атаки на приватизацию. И самое удивительное, что в этой непрерывной и неравной борьбе он хоть и с потерями, но всегда оказывался победителем.
Любопытно при этом заметить, что большинство принципиальных решений и законов о приватизации были приняты Верховным советом РФ еще до прихода Чубайса в правительство. Так что в известном смысле его можно считать самым последовательным и эффективным реализатором решений законодательной власти.
Когда же ему было поручено бороться с инфляцией и договариваться с международными финансовыми организациями — он и здесь добился впечатляющих успехов. Особенно в 1995 году.
Именно в этом году Россия договорилась с Лондонским клубом об отсрочке внешнего долга коммерческим банкам на 25 лет. Именно в этом году возникла относительная финансовая стабилизация, и это при том, что весь прошлый год страна вела хоть и небольшую, но напряженную войну.
Интересная деталь. Отставка Чубайса состоялась в дни, когда в Москве находится миссия Международного валютного фонда, которая должна принять решение о продолжении (или прекращении) предоставления кредитов России. Увольнение Чубайса еще до окончания переговоров с МВФ свидетельствует о том, что Кремль, вероятно, уже не придает прежнего значения уровню взаимоотношений с международными финансовыми организациями. В любом случае их уровень практически не оказывает никакого влияния на настроения избирателей. А вот отстранение от должности человека, который у многих ассоциируется с «ваучерным ограблением народа» и с многомесячными задержками зарплаты, влияет, и еще как.
В российской реформе закончился период ваучера и Чубайса. Что будет с самой реформой?