Россия опять втянута в мировой скандал. Власти - как всегда - отмалчиваются
Во вторник «Известия» рассказали об истории проникновения на российские просторы японской религиозной секты «АУМ Синрике» и заметной роли в этом деле Олега Ивановича Лобова, нынешнего секретаря Совета безопасности при президенте России. После публикации материала агентство ИТАР-ТАСС распространило пояснение Совета безопасности, из которого следует, что Олег Иванович не принимает упреков прессы в сомнительных связях с лидером «АУМ синрикё» Асахарой и что встречался с ним исключительно для координации благотворительных акций этой секты. Авторы пояснения адресовали прямые упреки МИД России и спецслужбам. Именно эти ведомства, как считают в Совете безопасности, «а не высшие должностные лица должны проверять реноме миссионеров и коммивояжеров, предлагающих российским властям свои услуги». Олег Иванович, следует понимать, оказался слишком доверчивым и по недосмотру дипломатов вместе с разведчиками попал на порочный контакт — такое вот разъяснение для широкой публики поступило от Совета безопасности.
Уважаемый секретарь Совета безопасности, однако, скромно умолчал о том, что ни МИД, ни наши замечательные спецслужбы никак не могли заниматься проверкой реноме конкретного японского миссионера перед встречей с высшим должностным лицом в лице Лобова О.И., поскольку сам Лобов О.И., идя на эту встречу, чужих мнений не спрашивал, а на встрече настаивал. Ниже приводятся некоторые детали сюжета.
Согласно имеющейся информации из надежных источников, до приезда в Японию в феврале 1992 года делегации Российско-японского университета во главе с Лобовым О.И. секта «АУМ синрикё» не проходила по российским дипломатическим каналам. Это не означает, что в российских учреждениях (и в посольстве РФ прежде всего) о существовании скандальной организации не знали. Это означает, что контактов по линии «АУМ синрикё» до приезда Лобова не было никаких и никто не запрашивал о японской секте «по верху» из Москвы.
Как явствует из пояснений других осведомленных источников с хорошей документальной памятью, впервые в стенах российского посольства о необходимости повидаться с лидером «АУМ синрикё» Асахарой заговорил… лично Лобов О.И., и было это в первый день его приезда в японскую столицу во время обсуждения программы визита. Было, согласно пояснениям, так: Лобов потребовал освободить один вечер в составленном расписании для свидания с Асахарой и совета ни у кого не просил — встреча была согласована в принципе еще до приезда в Токио по каналам «личной дипломатии», без участия российского МИД и (как добавляют знающие источники) спецслужб тоже. На указанной встрече, проходившей в токийском отеле «Окура», руководящие сотрудники посольства, по имеющимся данным, не присутствовали.
Еще один ценный источник, имевший в ту пору доступ к информации по затронутому вопросу в Москве, на просьбу прокомментировать упреки к МИД и спецслужбам ответил так: трудно советовать, когда о совете не спрашивают, а что касается профессиональной позиции, то МИД, к примеру, после сенсационных встреч, устроенных Асахаре в московских верхах, предостерегал российское руководство (Хасбулатова конкретно) по поводу сомнительности контактов с японской сектой, репутация которой специалистам слишком хорошо известна. Однако об успешном освоении «АУМ синрикё» российской нивы даже руководство МИД согласно этому источнику узнало не от «координаторов благотворительной помощи», а из эфира — после того, как на российских радиоволнах, к которым «АУМ синрикё» получила доступ, зазвучали передачи секты.
Перечень свидетельств, расходящихся с версией Лобова О.И. относительно связей с «АУМ синрикё» и ее вождем Асахарой, можно продолжать долго — слишком много людей в курсе того, как было на самом деле, да и рукописи (тем более служебные), как известно, не горят.
В то же время неубедительность пояснений Совета безопасности в этом вопросе побуждает сомневаться и во всем остальном: входила ли, в частности, в круг обязанностей председателя экспертного совета при правительстве, а затем при президенте (пост, который занимал в 1991–1992 годах Лобов) функция координации зарубежной благотворительности, предусматривала ли такая координация использование политического влияния и факта принадлежности к президентскому аппарату и близости к президенту лично для расчищения пути «перспективным» партнерам, где те многочисленные акции, которые Лобов координировал по линии двух университетов сразу (помимо российско-японского, ведь был еще и российско-французский)?
В этой связи бесспорный интерес может представлять резолюция, начертанная рукой самого Лобова, на адресованном ему письме Запальского Л.А. (в пору написания письма — замминистра экономики России) относительно концепции создания структуры Российско-японского университета. Резолюция помечена 13 октября 1991 года и гласит: «Ельцин идею создания университета поддерживает… За мной оставить патронирование для обеспечения поддержки по государственной линии». Соотносясь с мероприятиями, случившимися позже, становится очевидным, что не безликая координация, а «именное» патронирование и обеспечение государственной поддержки проектам университета было главным в контактах Лобова с зарубежными партнерами и лидером секты «АУМ синрикё» в том числе.
Вопросов к Олегу Ивановичу может набежать по итогам его активной «неполитической» деятельности множество. Ну зачем, к примеру, пытался Лобов О.И. под свою университетскую структуру отобрать жирные куски российской собственности в Японии (торгпредство и особняк бывшего АПН)? Зачем покушался на право оформлять визы для въезда в Россию и другие консульские функции в проекте (несбывшемся, правда) освоения Тайваня? Почему вдруг старался заняться перестройкой здания посольства РФ в Токио, заключением подрядов с японскими строительными компаниями и продажей участков такой дорогой в японской столице земли?
Возможно, конечно, что и тут доверчивого Олега Ивановича подставили, соблазнили, не проверили чье-то реноме по линии спецслужб или других ведомств. Но, коль уж вопросов так много, может, стоит создать отдельную специальную структуру типа университета по проверке реноме для начинаний О. И. Лобова…