June 19

Газета, которую спасли...

События и публикации 14 июля 1992 года комментирует обозреватель Игорь Корольков*

Тридцать лет назад конец недели был ознаменован большим скандалом: Верховный Совет Российской Федерации решил прибрать к рукам независимые «Известия».

«ПОСТАНОВЛЕНИЕ
Верховного Совета Российской Федерации

  О газете «Известия Советов народных депутатов СССР».
  23 августа 1991 года в нарушение действующего законодательства был прекращен выпуск газеты «Известия Советов народных депутатов СССР» (учредитель – Президиум Верховного Совета СССР).
  На базе государственного издательства «Известия Совета народных депутатов СССР» начала издаваться новая газета «Известия». Ее учредителем выступил журналистский коллектив газеты «Известия Советов народных депутатов СССР». Учреждение и регистрация газеты «Известия» проведены с существенным нарушением Закона СССР «О печати и других средствах массовой информации».
  Учитывая, что право учредителя – Президиума Верховного Совета СССР, правопреемником которого на территории Российской Федерации выступает Верховный Совет РФ, - на издание своего официального печатного органа нарушено, Верховный Совет Российской Федерации постановляет…»

В трех пунктах излагается, как известную газету вернуть в лоно власти. Зачем? На то время у Верховного Совета уже был официальный орган – «Российская газета». Создана она была в ноябре 1990-го. На то время еще действовала КПСС с ее могущественным ЦК, и новая газета позволяла излагать позицию российского парламента в полном объеме.

После путча газета прочно заняла место «Известий». Она публиковала официоз, в том числе подробные отчеты с парламентских заседаний и законодательные акты. В любой момент газетные полосы были к услугам руководства Верховного Совета. Они могли изложить не только личную точку зрения на то или иное событие, но и организовать с помощью газеты любую акцию поддержки этой точки зрения. К чему высшему законодательному органу понадобился еще один рупор?

«Известия» были очень профессиональной газетой, с большим историческим опытом, выстрадавшие независимость и обретшие ее в результате борьбы. Это была газета умная, взвешенная, с высоким уровнем культуры и глубоким пониманием ответственности за свою роль в обществе. Она заслуженно пользовалась огромным авторитетом у читателей, причем не только российских.

В том противостоянии, которое возникло между президентом Ельциным и Верховным Советом, «Известия» заняли сторону президента. Потому что это была позиция смелых реформ. Она раздражала всех, кто желал эти реформы свернуть и вернуть страну в дореформенный период. Но дело было не только в позиции по отношению к линии, которую проводили президент и правительство Гайдара.

Как это часто бывает в переломные моменты истории, на первое место выдвинулись личные амбиции ключевых фигур. Не нужно было обладать большой проницательностью, чтобы не заметить в ту пору устремлений Председателя Верховного Совета РФ Руслана Хасбулатова. Он так резко отвернул от бывшего соратника, так яростно стал подвергать критике едва ли не каждый его шаг, что мало у кого оставались сомнения, куда гнет спикер: видимо, его не устраивали вторые роли, и он рвался на первые. В силу этого Председатель Верховного Совета невольно объединил силы в принципе враждебные реформам, он стал флагом радикалов едва ли не всех мастей. Вспомним: когда противостояние достигло своего трагического пика в октябре 1993 года, в окружении Хасбулатова оказались и националисты, и фашисты, и коммунисты, поддержавшие путч в августе 1991-го. А ведь именно выступление против ГКЧП объединило с Ельциным такие фигуры, как Хасбулатов, Руцкой, Лебедь и некоторые другие.

Сегодня я не уверен в том, что Хасбулатова в окружение Ельцина привела глубокая внутренняя убежденность в необходимости перемен в стране. Скорее, он просто искал путь наверх. И нащупал его: рядом с таким ледоколом, как Ельцин, можно было пробиться сквозь какие угодно льды.

На личном опыте мне пришлось убедиться в том, что не всякий, кто сотрудничал с коммунистами, был правоверным большевиком. И не все, кто сотрудничал с демократами, исповедовал демократические ценности. В 1991-м я работал в «Российской газете». Она подвергала критике КПСС, ее косность и бездарность в управлении страной, рассказывала о том, как партийные бонзы неплохо устроились на фоне нищающей державы. Писала про дачи, вертушки и персональные машины. И еще о многом другом, что вызывало раздражение в обществе. Но вот КПСС рухнула, и чиновники демократической газеты стали, не щадя живота своего, бороться за высвободившиеся дачи, вертушки, персональные машины. «Российская газета» вытеснила «Правду» из здания на улице Правды, в котором та располагалась много лет, и сама заняла его.

Не мною замечено: всякая революция открывает огромное число вакансий. Люди с хорошим нюхом предчувствуют их.

Видимо, и для Хасбулатова борьба с прежним режимом была всего лишь борьбой за какие-то свои амбициозные цели. Верный признак: то, что он прежде отвергал, теперь небрезгливо брал на вооружение. Это особенно ярко проявилось в его отношении к средствам массовой информации. Понятно почему: газеты и телевидение подвергали Верховный Совет и его Председателя жесткой и справедливой критике. Они мешали ему. Над телевидением и радиовещанием демократ Хасбулатов решил поставить наблюдательный совет с правом «рекомендаций, обязательных к исполнению», а «Известия» – сделать парламентской газетой.

Обратим внимание на тот пассаж в процитированном постановлении Верховного Совета, где речь идет о нарушении «Известиями» Закона СССР «О печати и других средствах массовой информации». Спикер предлагал руководствоваться законом страны, которой уже не существовало. А ведь именно возглавляемый им парламент ратифицировал известное пущинское соглашение глав трех советских республик, поставивших точку в существовании Союза Советских Социалистических Республик. Теперь, пытаясь подчинить себе СМИ, он хватался за законы, которые сам же отправил в Лету.

В те дни, когда коллектив «Известий» выступил против путчистов и поддержал президента России, когда объявил о своей независимости, став учредителем своей газеты, Хасбулатов весьма тепло воспринял происшедшие в редакции перемены. «Сегодня все должны руководствоваться совестью и долгом, а не служить угодливо неконституционному режиму узурпаторов», – заявил он, и «Известия» 21 августа 1991 года процитировали эти слова соратника президента.

Времена, когда судьбы газет решались постановлением ЦК КПСС, ушли в прошлое. Теперь, если редакция нарушила действующее законодательство, решение мог принять только суд. Именно создание независимой судебной системы было одной из главных задач, которую поставила перед собой новая, демократическая власть. Но одно дело декларировать намерения, и совсем другое руководствоваться ими в повседневной жизни. С одной стороны, это очень хлопотно, а с другой, можно получить не тот результат, на который рассчитываешь. Проще щелкнуть бичом.

В защиту «Известий» поднялась общественность. Против действий спикера парламента выступил Комитет по средствам массовой информации Верховного Совета РФ, главные редакторы ведущих российских газет обратились к президенту Ельцину, как гаранту Конституции. Благодаря твердой позиции Ельцина «Известия» тогда удалось отстоять. Хотя, должен заметить, что главе государства от газеты тоже доставалось. Знаю: ему не очень приятно было читать критику в свой адрес, но он никогда не помышлял о том, чтобы сделать СМИ ручными. Этим, в частности, и определяется масштаб личности.

Когда ушел Ельцин, мир средств массовой информации сильно изменился. Верх одержала психология Хасбулатова. Разными способами амбиции редакций газет и телевизионных программ остудили. Вместо глубоких аналитических программ на телевидении, например, воцарились ведущие, расшаркивающиеся перед властью. Они снова колеблются вместе с генеральной линией и преданно заглядывают в глаза. Редакторов газет, как во времена оны, снова периодически собирают вместе и подсказывают, корректируют, направляют… Поэтому практически все газеты ведут себя «правильно». Только правду стало труднее узнать.

В одной из аналитических записок, составленных спецслужбами, довелось прочитать такую фразу: «Как написали некогда авторитетные «Известия»… Некогда, это примерно до ухода Ельцина в 1999-м году. В редакции на планерках зазвучала площадная брань, новые руководители газеты стали шантажировать бизнесменов и политиков публикацией критических материалов, вымогая деньги, газету поразила мелкотравчатость и дешевая сенсационность. В конце концов, редакцию выставили из здания на Пушкинской площади, которое было построено именно для нее. Теперь «некогда авторитетные» «Известия» и желтую «Жизнь» издает один и тот же человек. Судя по записи, выложенной в Интернете, с помощью мата.

Горький финал. Он должен устраивать нынешний тандем. Иначе, обладай прежним статусом, «Известия» непременно подвергли бы серьезному анализу с привлечением видных правовых экспертов, политиков, общественных деятелей беспардонную манипуляцию президента с сохранением за собой кресла главы государства. «Известия» сумели бы суммировать все то, что происходит со страной (беспрецедентную коррупцию, убийства в следственных изоляторах, рейдерские захваты государственными корпорациями, разложение власти на всех уровнях, неспособность предупреждать и ликвидировать катастрофы, ненависть народа к чиновничеству, безнравственность церкви и многое, многое другое) и убедительно показать: при нынешней власти у тяжело больного общества нет перспектив к выздоровлению. «Известия» сумели бы тайное сделать явным: личный опыт, нравственные установки, масштаб личности нынешних лидеров мало соответствует тем задачам, которые встали перед Россией в последней четверти прошлого века.

«Известия», которые знала страна, не могли не погибнуть.

Игорь Корольков. Работал в «Комсомольской правде», «Известиях», «Российской газете» (1991 год), «Московских новостях». Специализировался на журналистских расследованиях. Лауреат премии Союза журналистов России и Академии свободной прессы.

Источник