Зачистка Новогрозненского превратилась в мародерство
В Новогрозненском закончена операция федеральных войск по зачистке населенного пункта от дудаевских боевиков. О ее результатах специальный корреспондент «Известий» Игорь РОТАРЬ передает с места события.
Офицер дагестанского ОМОНа на границе с Чечней с откровенным сожалением смотрит на мое журналистское удостоверение: «И чего ты мне свою корочку суешь, сказал бы, что в гости идешь, я бы тебя пропустил. А прессу нам приказано не пропускать ни в коем случае: там в свидетелях не нуждаются!».
Урок пошел впрок, й на другом посту я без особого труда договорился с солдатами федеральных войск пересечь границу за бутылку водки. Однако в трех километрах от Новогрозненского наша машина была остановлена. Это был последний блокпост — вдали виднелось скопление бронетехники федеральных войск.
Чумазые солдатики были настроены слишком решительно: «В гости идете?! Да там же война. Убьют же вас еще! А может, у вас водку и сигареты купить можно?».
Дело явно шло на лад, но вдруг неожиданно рация одного из постовых заговорила: «Что там у вас за гражданская машина?! Если она сейчас же не уберется, то мы откроем огонь!». Мы решили не искушать судьбу и поспешно ретировались. В Новогрозненское пришлось идти пешком — в обход блокпостов.
Когда я появился в селе, федералы только что закончили зачистку. Сколько всего погибло человек, пока не знает никто. Однако тот факт, что на улицах не валяются трупы, говорит о том, что на этот раз жертв было значительно меньше, чем в печально известном Первомайском. Меньше, чем в Первомайском, и разрушений — около 60 процентов домов Новогрозненского остались целы. Однако даже эта «удача» мало радует местных жителей.
«Посмотрите, в моем доме остались только голые стены. Солдаты вынесли все. Все, что у меня осталось дома, так это пачка печенья. Берите ее, меня она все равно не спасет», — говорит сидящий на голом полу житель Новогрозненского Султан Каймов.
«Практически все дома были подчистую ограблены российскими солдатами. Солдаты увозили на бэтээрах все, что можно было увезти», — подытоживает мне местный житель, начальник местной милиции Шамсутдин Масаров.
По утверждению местных жителей, максимальное количество боевиков в селе было около 300 человек, однако в тот момент, когда федералы решились на штурм, здесь оставалось не более 60 дудаевцев, причем в их рядах не было ни Басаева, ни Масхадова, ни Радуева, ни, естественно, Дудаева. Все боевики покинули село в ночь перед входом федеральных войск в Новогрозненское. «Боевиков в селе не оказалось, и тогда солдаты арестовали 38 мирных жителей. Мы добились освобождения 18 из них, оставшихся же по-прежнему содержат на созданном на винзаводе фильтрационном пункте. Федеральные войска задержали и французского фотожурналиста, который находился в Новогрозненском с начала штурма села. Как его зовут, к сожалению, никто из жителей не знает», — говорит Масаров.
По утверждению новогрозненцев, блефом является информация о том, будто федеральные войска организовали коридор для выхода мирного населения.
«Я сам лично под белым флагом ходил на переговоры к федералам. Просил их создать коридор для выхода из Новогрозненского мирного населения. Однако мне ответили: „Разоружите боевиков — будет вам и коридор!“. Кончилось дело тем, что обезумевшие от разрывов снарядов местные жители решились выбираться из села на свой страх и риск. Впереди шли женщины и дети, и федералы действительно не стали открывать огонь. Но официального согласия о выводе мирного населения российские войска так и не дали», — говорит Масаров.
Как это ни цинично звучит, но трагедия Новогрозненского — заурядное явление в жизни сегодняшней Чечни. Грозный, Гудермес, Сержень-Юрт, Беной, Самашки, Рошни-Чу — список населенных пунктов, подвергшихся варварским артобстрелам, можно продолжать долго. Однако, показательно, что нынешний артобстрел Новогрозненского происходил как раз в тот момент, когда в Кремле обдумывают семь или 8 ½ вариантов урегулирования чеченского кризиса. Нынешние события не оставляют сомнений, какой вариант выбирает Москва. Сразу же после зачистки федеральные войска начали подвергать массированному артобстрелу ближайшие села: Центорой и Аллерой. Из Новогрозненского в Дагестан меня вез молодой парень, житель Аллероя. Он только что похоронил свою 20-летнюю жену, погибшую от разрыва снаряда. Без матери остался десятидневный ребенок. «Раньше я ненавидел Дудаева, но сейчас мне остается только одно: идти к нему и мстить федералам», — говорит новоявленный боевик.