Русская рулетка на орбите
Российско-французский экипаж собирается в космос на ракете, которая в этом году потерпела уже четыре аварии
17 августа в 17 часов 17 минут с космодрома Байконур должна стартовать ракета «Союз-У» с российско-французским экипажем. В общественном сознании этот полет привлекателен тем, что впервые в космос отправляется француженка — 39-летняя врач-ревматолог Клоди Андре-Деэ. Однако настоящий драматизм экспедиции придают совсем другие обстоятельства, которые руководители космической отрасли стараются не афишировать.
Традиционно наши космонавты стартуют в космос на ракете «Со-юз-У2», спутники же выводятся на орбиту ракетой «Союз-У». Это очень похожие ракеты, модификации знаменитой «королевской» семерки, но все-таки не одно и то же. «Союз-У2» выводит на орбиту на 250 килограммов полезного груза больше, многие системы управления для повышения надежности имеют дублирующую аппаратуру, установлены специальные приборы для стыковки с орбитальным комплексом «Мир».
Но производство «Союза-У2» обходится дороже. И в этом году космическая отрасль не смогла наскрести нужных денег. В итоге в феврале космонавты Онуфриенко и Усачев полетели на «грузовом» «Со-юзе-У». О замене ракеты они были поставлены в известность за считанные дни до старта — пришлось в срочном порядке, как штангистам перед соревнованиями, похудеть аж на 6 килограммов. Кроме того, втрое был сокращен список личных вещей, необходимых для многомесячной командировки.
На этот раз на стартовой площадке Байконура опять стоит ракета «Союз-У». Но экипаж увеличился до трех человек. Ограничения по весу еще более жесткие. Личных вещей (обычно разрешается взять по 4 килограмма) в багаже нет вовсе. Видимо, в зрелищном плане экспедиция от этого проиграет.
Но неизмеримо важнее другая проблема — неожиданная болезнь командира экипажа Геннадия Манакова. Этот признанный космический ас уже трижды работал на орбите. При, скажем мягко, нетрадиционной укомплектовке корабля на его опыт и мастерство руководители полета возлагали особые надежды. За считанные дни до вылета на Байконур у Манакова забарахлило сердце — место командира занял еще не летавший в космос Валерий Корзун. Напомним, в последние годы не раз возникали нештатные ситуации при стыковке с орбитальным комплексом, автоматика не срабатывала, и командирам приходилось показывать высший космический пилотаж.
Кстати, в случае заболевания одного из членов экипажа происходит полная замена всех его участников на дублирующий состав. Это объяснимо: важна совместная подготовка, заранее выявляемая психологическая совместимость и даже общие весовые параметры. Но на этот раз по просьбе французской стороны врач-ревматолог Клоди Андре-Деэ, которая 11 лет готовилась к полету, осталась в основном экипаже. В отсутствие в экипаже опытных космонавтов возрастает роль бывшего дублера бортинженера Александра Калери, уже совершившего длительную космическую экспедицию. Чтобы понять критичность ситуации, можно сказать, что проблемой оказывается то, что Корзун на несколько килограммов тяжелее выбывшего Манакова…
А теперь — о самом важном, о чем говорить в преддверии всегда рискованного космического старта очень не хочется. Но еще хуже спрятать голову в песок и не заметить технических проблем, связанных с ракетой «Союз-У». Уже четырежды в этом году ее старты заканчивались неудачно. Две аварии — при запуске военных спутников-шпионов (оба раза на роковой 49-й секунде из-за неисправности головных обтекателей). Две аварии — при запуске грузовых кораблей «Прогресс» к орбитальному комплексу «Мир». Именно благодаря «Союзу-У» в 1996 году Россия побила все свои рекорды по аварийности в космонавтике. На этот раз, как заверяют в Российском космическом агентстве, предпринимаются дополнительные суп ер меры безопасности.
Естественно, все участники экспедиции знают об этих проблемах. Но ни с нашей стороны, ни с французской ни малейшего намека на отказ от полета не было.
Российско-французская экспедиция «Кассиопея» продлится 16 суток. Контракт на 82 миллиона франков был подписан между французским космическим агентством и российской ракетно-космической корпорацией «Энергия» в 1994 году. 63 миллиона франков — это живые деньги. На 10 миллионов франков изготовлено оборудования в «Энергии». Еще в 9 миллионов оценена аппаратура, оставшаяся на борту «Мира» после предыдущих посещений орбитальной станции французскими космонавтами. Однако из-за нехватки финансов старт российско-французской экспедиции, первоначально назначенный на начало лета, переносился уже несколько раз.