Статистика, изнуренная жарой
Специальные корреспонденты «Известий» Анатолий ДРУЗЕНКО и Владимир НАДЕИН передают из Атланты
Одни пляшут, другие плачут — этот закон не для Олимпиады. Тут все вперемешку. Плачут победители, плачут побежденные. Пляшут проигравшие, муки позади, можно расслабиться. А чемпион, предмет обожания, стоит на пьедестале с каменным лицом.
Денис Панкратов победил вопреки статистике. Ему прочили третье место, он и был третьим во всех предварительных заплывах. Но в финале сверхусилием вырвал доли секунды, и на улыбки, скорее всего, просто не осталось сил.
Том Долан, тоже пловец, принес хозяевам первую золотую медаль на этих Играх. Он победил согласно статистике. Но вопреки медицине. Этот парень из Мичигана — чистый лидер в своем виде. И решающий заплыв выиграл чисто. У Тома функциональная астма. В прошлом году дважды лежал с нею в больнице. А тут еще душегубка Атланты. И бассейн, который знаменитый тренер Геннадий Турецкий назвал вытяжной трубой.
«Последние 50 метров я плыл, не дыша», — сказал после финиша Долан. Из-за астмы его легкие извлекают из воздуха на 20 процентов меньше кислорода, нежели у нормальных людей. Америка гордится Доланом, его фото на всех первых страницах, но только будущее покажет, как он перенесет эту победу.
Турецкий — воспитатель обоих олимпийских чемпионов из Волгограда, Александра Попова и Дениса Панкратова, сейчас готовит австралийских спортсменов. Чудно… Давно ли австралийцы были для нас примером в мужском плавании? А ныне сами нуждаются в таланте тренера из России.
Александр Попов уверенно подтвердил свое выдающееся превосходство в престижнейшем виде плавания. Сто метров вольным стилем десятилетиями считались американской олимпийской собственностью. Но Саша разрубил эту традицию в Барселоне, и восстанавливать ее здешним пловцам будет нелегко.
Нам бы понедельники взять и затвердить
Американские гимнасты готовились к своей Олимпиаде с весельем и отвагой. Они работали, не щадя себя, и были уверены в победе. В командных соревнованиях они не проиграли — провалились. На коне, на перекладине, в опорных прыжках — ошибка догоняла ошибку, и лидеры понуро принимали гимнастические «двойки» — по 9 баллов ровно. Даже китайские ребята, носящие репутацию людей без нервов, сыпались со снарядов гроздьями.
И как же лихо на этом фоне выглядели россияне. Во время телевизионной трансляции состязаний по гимнастике, в Америке безмерно любимой, показали огромный, минут на пять, сюжет о великом российском тренере Леониде Аркаеве.
Не удивляйтесь. Минута телевизионной рекламы в это напряженное вечернее время стоит чуть меньше миллиона долларов. В любви к руководителю нашей гимнастики признавались не только (и даже не столько) его нынешние воспитанники, сколько те, кто некогда входил в руководимую Аркаевым сборную СССР — украинец Мисюков, белорус Щербо.
Виталий Щербо, сорвавшийся с коня, не сумел вытащить свою команду выше четвертого места. Несчастья преследуют этого великого спортсмена, и можно только поражаться мужеству, с которым он им противостоит.
Но баллы дают не за стойкость к жизненным невзгодам, а за исполнение гимнастических упражнений. И туг герой Барселоны пока далек от той формы, которая могла бы позволить ему совершить дерзновенное: добавить к 6 барселонским «золотым медалям», еще несколько атлантских и тем самым опередить Ларису Латынину по числу высших олимпийских наград.
Эта Олимпиада станет второй по счету, когда наших спортсменов не увозят домой сразу по завершении их состязаний. Золотые наши фехтовальщики прибыли по приглашению в Олимпийский городок компании «Кока-Кола». Придуманный с искрометной фантазией, построенный с поразительным техническим совершенством городок позволяет зрителям стать спортсменами, посостязаться с олимпийцами, испытать себя в спринте под контролем самых совершенных часовых механизмов мира.
Конечно, спринтерская дистанция «Кока-Колы» покороче даже 100-метровки. Именно 9 метров. Но все прочее вполне настоящее, и детишки, они здесь царствуют, вне себя от счастья.
Олимпийских чемпионов из России встречали восторженно, они тоже были добры и расположены к детворе. Но другие проблемы навалились на чемпионов.
23-летний саблист Станислав Поздняков, добавивший к барселонскому командному «золоту» высшую награду в личных состязаниях Атланты, очень серьезно обеспокоен падением зрелищности фехтования. Это не жалобы, не нытье, а личное участие в поисках нестандартного решения. Поздняков считает переломными предстоящие осенью выборы президента российской федерации фехтования. Спортсмены, считает он, мало представлены в руководящих органах, а правила фехтования нуждаются в коренном совершенствовании. «Вы не считаете фехтование таким престижным спортом, как, скажем, теннис?» — спросили Позднякова. «Меня интересуют зрители, — ответил он.— Если следующий президент будет фехтовальщиком, проблемы престижа будут вмиг решены».
В американских газетах, по радио и телевидению восторги открытия все обильнее разбавляются жалобами на организацию Игр. Местные жители в отчаянии. Они и впрямь выбиты из колеи. Олимпийская деревня и главные спортивные сооружения размещены в центре города. Автомобильные стоянки переполнены, да и кто из нормальных людей станет пользоваться стоянкой, где за час берут по 20 долларов? В метро жуткие очереди, водители автобусов, привезенные (экономия, экономия!) в самые последние часы из других городов, не знают здешних замысловатых маршрутов, путаются и везут не тех и не туда.
Многие центральные улицы перекрыты для движения. Самое время для пеших прогулок — но жара! Она выкидывает трюки не только с людьми, но и с вещами. Группа туристов пришла в гостиницу, а их магнитные ключи не открывают замков — размагнитились.
«Неужто от жары?» — изумились они. «От нее», — уверенно подтвердил гостиничный администратор, хотя и не предоставил доказательств того, что в ладах со школьным курсом физики.
Американцы и олимпийские медали считают по-своему: как хотят или как удобнее, а не как принято.
Принято, что при определении места команды в общем зачете главным критерием является число золотых медалей. Можно спорить, насколько справедлив такой подход. Теоретически возможна ситуация, когда у одной сборной будет всего одна медаль, но золотая, а у другой, скажем, пятьдесят, но только серебряных и бронзовых, и первую, с единственной наградой, поставят выше второй. Это принцип, правило, его придерживается МОК, ему следуют все, и в пресс-центре нынешней Олимпиады вам мгновенно предоставят таблицу, определяющую ход командной борьбы, где все сборные расставляют по своим местам исключительно победителями Игр.
Потому весьма удивительна настойчивость хозяев Олимпиады в желании вести подсчет по-особому. Завершается очередной день соревнований, и на газетных полосах, телевизионных экранах американцы упорно ставят себя на первое место, исходя из общего числа медалей. Возможно, выйди они в лидеры по золотым наградам, и поступили бы по правилам. Но пока, увы, не получается, а первыми хочется быть с самого начала, сразу. И выходит, не статистика знает все: знают то, что делать со статистикой. Это как когда-то мы очень гордились количеством выплавленной стали и произведенного цемента. Сообщали об этом как о грандиозном достижении, стыдливо умалчивая, сколько делалось из этого металла машин и сколько с помощью этого цемента строилось домов.
Кстати, еще в самом начале соперничества двух гигантов — СССР и США на олимпийских ристалищах каждая из сторон считала свои результаты именно так, как было выгодно. Не устраивал нас подсчет по медалям, мы суммировали очки, учитывая не только призеров соревнований, но и следующую за ними тройку, обгоняя таким образом американцев. Затем споры закончились и даже забылись. Договорились о принципе, и никто вроде бы не подвергал его сомнению. Однако, похоже, в Атланте дискуссия на тему «как считать?» может возобновиться.
Что же касается командной борьбы, только разворачивающейся на аренах Атланты, сенсацией, безусловно, стало то, что поначалу ее возглавили спортсмены Польши. Если при этом вспомнить трагедию, о которой мы сообщали во вчерашнем репортаже (руководитель польской делегации скончался от сердечного приступа после церемонии открытия) и которая не могла не потрясти команду, четыре золотые медали, завоеванные польскими атлетами, имеют особый подтекст. Между прочим, за всю московскую Олимпиаду поляки получили только три высшие награды, в Сеуле — две, в Барселоне — три, а здесь, в Атланте, всего за два дня уже четыре польских спортсмена поднялись на высшую ступеньку пьедестала почета. Может, преодолев шоковую терапию в экономике, поляки и в спорте начинают восстанавливать утраченные было позиции.
Правда, третий день на Олимпиаде стал российским. Наша команда уверенно занимает первую строку в командном зачете (если считать по правилам, а не так, как кому-то выгоднее).