May 27

Цвет российского офицерства прошлого уже нахлебался, а о будущем говорит осторожно


Виктор ЛИТОВКИН, «Известия»


На прием в честь выпускников военных академий 26 июня приглашенные офицеры и генералы, выпускники и руководители главных штабов и управлений, как это принято в армии, прибыли в Кремлевский дворец с большим запасом времени. В новых парадных мундирах, в белоснежных рубашках, которые оттеняли загорелые лица, они выглядели в этот день особенно нарядно. Но на беседу с корреспондентом «Известий» соглашались не очень охотно.

«У нас этого не любят», — объяснил один из выпускников Академии Генерального штаба. Но поняв, что фамилии и должности никто не спрашивает, он и его товарищи согласились ответить на мои вопросы.

Выпускники военных академий на торжественном приеме по случаю выпуска (вверху). За столом президиума (слева). Москва. Кремлевский дворец. 26 июня.
Фото Сергея СМИРНОВА.

О реформе в армии:

— Реформ не было и нет как таковых. Идет резкое сокращение вооруженных сил. На мой взгляд, не совсем продуманное.
Многих из нас вывели в распоряжение Главного управления кадров, так как должностей свободных пока нет и, главное, никто не знает, что будет завтра. Обстановка в армии неясная.

— Все реформы впереди, — соглашается стоящий рядом полковник.

По поводу нового помощника президента по национальной безопасности и секретаря Совета безопасности Александра Лебедя.

Полковник, Герой Советского Союза, получивший это звание за Афганистан:

— Думаю, хуже не будет.

Его товарищ, тоже выпускник академии ГШ:

— Одобряю этот шаг президента. Считаю, что Лебедь внесет новую струю в отношение власти к вооруженным силам. Как по отношению к самим силовым структурам, так и по их реформированию, по применению, использованию. А главное, надеюсь, поможет навести порядок с социальной защищенностью армии. Может, при нем здесь будет порядок.

По поводу последних отставок в руководстве Министерства обороны.

Герой Советского Союза:

— Я не имею права обсуждать этот вопрос. Не знаю этих людей и не могу о них судить. Но поспешность, с какой это сделано, очень настораживает. Может, стоило сначала разобраться, кто и в чем конкретно виноват? И очень боюсь, что смену военачальников кто-то назовет военной реформой. Ею здесь и не пахнет.

Другой полковник:

— Эти увольнения ожидаемы. Сняли министра - значит, должна смениться и его команда. Но, как говорят у нас, не все в ней этого заслуживают.

Будет ли армия в 2000 году полностью профессиональной?

Этот вопрос вызвал самый большой скепсис.

- Вряд ли,- утверждают выпускники, — нет денег.

Кстати, им, несмотря на то, что в войсках да и в центральных управлениях Министерства обороны уже почти два месяца не платят зарплаты, выдали все положенные деньги.

О будущем министре обороны говорят спокойно.

- Мы его не выбираем. Кто бы ни пришел, будем служить с ним.

Среди фамилий, которые мелькали в газетах и на телевидении, выделяют Николаева, хотя считают, что он вряд ли поменяет «более прогнозируемые обязанности» на посту директора Федеральной пограничной службы и сможет сработаться с генералом Лебедем, начальника своей академии генерала Родионова, но указывают на его солидный возраст — 60 лет и «тбилисское прошлое», а также главного военного эксперта правительства генерала Миронова.

Голосовать мои собеседники собираются все как один за Ельцина.

- Выбора нет, — говорят они, — Прошлого уже нахлебались, хватит.

«Известия» 27 июня 1996 года