Борис Ельцин: Через четыре года моему преемнику достанется уважаемая во всем мире, великая Россия

Президент России отвечает читателям «Известий»

— Нельзя признать нормальной жизнь в стране, если где-то, пусть даже в самом крохотном ее уголке, стреляют пушки и гибнут люди. Поэтому вопрос вопросов — о Чечне. Происходящее там сегодня непонятно: то ли воюют, то ли нет. Когда же на самом деле закончится эта война? Каким образом в Чечне может наступить мир?

— Как хотелось бы сказать -война закончится сегодня или завтра. или 17 июня. Но. к сожалению, это будет неправдой.

Чеченский конфликт назревал не один год. И он не может закончиться за один день.

Мне приходит множество писем с предложениями, как закончить войну в Чечне. И вроде бы решения все простые и понятные.

Одни говорят — нужно просто вывести войска с территории Чечни, и пусть чеченцы сами решают, как им жить. Ну, а что делать с двумя сотнями тысяч русских? Что делать с чеченцами, которые не хотят жить под властью полевых командиров? Вывозить в товарных вагонах? Огородить границу с Чечней колючей проволокой? Создать специальный заповедник для бандитских формирований и лагерей террористов, которые используют идею независимости и суверенитета для прикрытия огромной мафиозной аферы, заложниками которой оказалось население целой республики? Может быть, просто перестать отвечать на огонь боевиков? Но как только наши войска получают приказ не стрелять, многократно усиливаются диверсии, засады, обстрелы, прямые провокации. И что? В этой ситуации нужно спокойно смотреть, как гибнут солдаты и мирные жители?

От других слышу упрек: почему нельзя было подавить конфликт в самом зародыше, когда в девяносто первом году Дудаев только пришел к власти?

Да, это можно и нужно было сделать. И уже 7 ноября 1991 года в ответ на переворот в Грозном я подписал указ о введении чрезвычайного положения на территории республики.

Но тогда большая часть депутатов Верховного совета РСФСР из «гуманных соображений» отказалась утвердить мой указ. А с другой стороны, президент Союза. в руках которого находились тогда все силы, включая внутренние войска, немедленно отдал приказ министру внутренних дел СССР Баранникову: Ельцину силы не давать, указ о чрезвычайном положении провалить.

А я до сих пор уверен, что если бы тогда, в самом начале дудаевской кровавой авантюры, мне позволили действовать «негуманно», жестко и решительно, мы бы не вели сегодня трагический счет огромным человеческим жертвам. Тогда ведь еще можно было обойтись просто силами охраны правопорядка, в Чечне еще действовали законные органы прокуратуры, милиции и госбезопасности, вооружения у дудаевских боевиков практически не было, а сам Дудаев еще не успел вырасти в «общенационального героя».

Политические противоречия и баталии в центре дали возможность Дудаеву выиграть время и создать на территории Чечни собственную хорошо вооруженную армию, разрушить органы власти и правопорядка, подавить сопротивление оппозиции. Летом 1993-го Дудаев расстрелял собственный парламент и сорвал проведение референдума о статусе Чечни в составе России. А летом — осенью 1994 года вооруженные дудаевские бандформирования провели серию военных операций против оппозиции в Грозном, Аргуне, Урус-Мартане, в ряде населенных пунктов Надтеречного района, что привело к гибели сотен мирных граждан, фактически началась гражданская война.

В этой ситуации мы были вынуждены применить силу для наведения порядка. Только одной милиции было уже недостаточно — пришлось вводить федеральные войска.

Почему же война до сих пор не закончена?

Во-первых, потому, что в самой Чечне идет междоусобица, не установилось еще внутричеченское согласие, а значит — нет реальной силы, которая действительно бы выражала мнение всего чеченского общества и была способна самостоятельно сохранить мир и стабильность.

Главный интерес бандитских формирований — передел власти и сферы криминального обогащения. Правда, интерес этот по-прежнему завернут в красивые слова о свободе. Раньше источником мафиозного богатства была нефть, контрабанда и грабеж поездов. Теперь — рынок оружия и наркотиков. А чтобы рынок оружия процветал, бандитские группировки делают все возможное, чтобы война продолжалась.

Во-вторых, если говорить начистоту, есть определенные международные силы, которые заинтересованы в том. чтобы на территории России тлел очаг регионального конфликта. Дудаев еще с начала девяностых проводил активные консультации с иностранными экспертами, обучал за рубежом своих боевиков, закупал там оружие, вербовал наемников. Во время переговоров за спиной дудаевцев всегда присутствовали иностранные «консультанты». А сколько иностранных агентов работает на территории Чечни под эгидой международных организаций?

Все это проблемы очень непростые, одна тянет за собой другую, а потому очаг напряженности постоянно «подогревается».

Но я уверен, мы уже разорвали этот порочный круг, и мир в Чечне наступит обязательно.

Сегодня восстановление конституционного порядка в Чеченской республике вступает в завершающий этап. Избраны глава республики, представители в Федеральное собрание России, сформированы правительство Чеченской республики и ее Верховный суд, система органов исполнительной власти. Тем самым жители республики ясно дали понять: они хотят мира, они хотят спокойно жить, иметь нормальную власть.

31 марта я принял указ о Программе урегулирования кризиса в Чеченской Республике, которая была одобрена решением Совета Безопасности.

Главными направлениями реализации этой программы являются:

• поэтапный вывод федеральных сил, находящихся в Чеченской Республике, на ее административные границы в соответствии со схемой передислокации войск — первый этап начался 15 апреля;
• расширение зон согласия, безопасности и мира, ведение переговоров о разоружении, подписание протоколов о мире и согласии с представителями правительства Чеченской Республики, командования Временных объединенных сил Российской Федерации и администрациями районов и населенных пунктов Чеченской Республики;
• созыв и проведение мирного политического форума представителей Чеченской Республики с участием представителей федеральных и республиканских органов государственной власти;
• подготовка и проведение свободных демократических выборов в законодательный (представительный) орган государственной власти Чеченской Республики;
• переговоры об особенностях статуса Чеченской Республики между полномочными представителями федеральных органов государственной власти и Чеченской Республики;
• разработка и подписание Договора о разграничении предметов ведения и полномочий между органами государственной власти Российской Федерации и Чеченской Республики.

В этом указе рекомендовалось Государственной думе безотлагательно принять постановление об амнистии участникам вооруженных действий в Чеченской Республике, не совершившим тяжкие преступления.

Образована также Государственная комиссия по урегулированию кризиса в Чеченской Республике в целях координации усилий федеральных органов государственной власти по нормализации ситуации в Чеченской Республике и контроля за выполнением Программы урегулирования кризиса.

Уверен также, что в деле урегулирования локальных конфликтов на территории Кавказа необходимо задействовать и потенциал государств СНГ этого региона. Типичный характер этнополитических кризисов на Кавказе позволяет взглянуть на чеченскую проблему как на одну из составных частей задачи общекавказского урегулирования.

Такой подход позволит объединить усилия государств кавказского региона в поиске общей методологии разрешения и предотвращения региональных кризисов любого типа — чеченского, осетино-ингушского, карабахского, абхазского и пр.

Практическими шагами в направлении общекавказского урегулирования, на мой взгляд, могло бы быть создание межгосударственных комитетов по урегулированию региональных конфликтов, а также по борьбе с терроризмом и преступностью.

Считаю необходимым провести специальную встречу четырех глав государств — президентов России, Грузии, Азербайджана и Армении с участием представителей северо-кавказских регионов — субъектов Российской Федерации, посвященную проблемам достижения мира и стабильности на Северном Кавказе. Такая встреча могла бы состояться в начале июня.

— Странной, если не сказать больше, выглядит шумная кампания по выплатам зарплаты и пенсий. То, что должно быть нормой, возводится чуть ли не в доблесть властей. Почему Вы, Президент, год, два назад не заставили чиновников сделать то, что они сделали за два месяца до выборов? И где гарантия, что после выборов государство вновь не «забудет» об элементарных правах человека, в частности о том, что врачам, учителям, военнослужащим, пенсионерам нужно вовремя отдавать заработанное ими?

— Государство — не старый склеротик, чтобы «забывать» или неожиданно «вспоминать» о самом важном — о защите прав своих граждан.

То, что выплата государством долгов бюджетникам совпала с избирательной кампанией. — это совпадение внешнее. Более глубокая причина — в том, что именно к концу девяносто пятого года нам удалось не просто отвести российскую экономику от края пропасти, но и получить возможность приступить к постепенному разворачиванию экономики ЛИЦОМ К ЛЮДЯМ.

Почему президент два года назад не мог заставить чиновников платить деньги людям? Мешало то, что экономика достигла нижней точки падения.

Теперь стал более полным бюджет государства, начали разрываться порочные цепочки неплатежей, стали постепенно на основе Конституции и законов восстанавливаться нормальные взаимопонимания центра и регионов, заполняются законодательные «пробелы».

А в качестве средств «быстрого реагирования» я принимаю президентские указы.

— Экономическая реформа пока, увы, не ведет ко всеобщему благоденствию. Напротив, разница между имущими и неимущими стремительно растет. Минимальной зарплаты не хватает на то, чтобы работающий сам себя прокормил, не говоря уже о семье. В любой цивилизованной стране действует правило: сверхбогатый платит сверхбольшие налоги, помогая тем самым немощным, выравнивая перекосы в социальной сфере. Наша налоговая система эту роль не исполняет. С другой стороны, непосильное бремя налогов не стимулирует рост производства, что так необходимо сегодня. Собираетесь ли Вы в связи с этим вносить коррективы в экономическую политику? Какими они будут?

— Коррективы будут обязательно. А смысл коррективов один — курс на человека!

Что это значит?

Это значит, что нам уже в ближайшее время необходимо решить пять задач, которые позволят реально гарантировать экономические права граждан и социальную поддержку.

Задача первая — обеспечить бесперебойное и полное исполнение бюджета по расходам, прежде всего по заработной плате и другим защищенным статьям.

Задача вторая — серьезно продвинуть решение жилищной проблемы. Суть в том, чтобы для семей со скромным или средним достатком улучшение жилищных условий перестало быть недостижимой мечтой.

Задача третья — поддержка малого предпринимательства. Миллионам россиян надо создать благоприятные условия для проявления их инициативы и хозяйственной сметки.

Будет введена упрощенная система налогообложения малого бизнеса, надо привлечь малые предприятия к поставкам товаров и выполнению заказов для государственных нужд, дать им возможность использовать бездействующие или незагруженные производственные мощности.

Задача четвертая — начало компенсации сбережений граждан, потерянных из-за инфляции после 1991 года.

Крайне важно восстановить доверие граждан к государству, в первую очередь облегчить положение тех. кто оказался наиболее беззащитен перед лицом экономических трудностей.

Уже в 1996 году будут частично компенсированы сбережения граждан.

Задача пятая — создание и реальное введение в действие системы страхования вкладов граждан в коммерческих банках.

Это поможет не только обезопасить сбережения населения от инфляции и финансовых мошенников, но и нарастить отечественный банковский капитал.

Да, сегодня еще далеко до всеобщего благоденствия. И мне понятно нетерпение людей, я понимаю тех, кто уже устал ждать и разочаровался. Но я скажу одно: нет тут чьей-то злой воли или вины, что именно на наше время выпали такие трудные испытания.

Если бы можно было начать реформы лет на десять-пятнадцать раньше, то, конечно, к девяносто пятому году мы бы жили в стабильном и благополучном обществе. И нам бы не пришлось проводить реформу так резко, в такие короткие сроки и с такими социальными издержками.

Но нам удалось оттащить экономику от края пропасти, обуздать инфляцию, создать предпосылки для стабилизации и будущего роста.

Теперь наша экономика вступает в такую фазу развития, когда становится реальностью оживление и подъем. Но для того, чтобы эти процессы стали необратимыми, нужны общественная поддержка и политическая стабильность.

Иначе — огромная цена, которая уже уплачена за реформы, окажется напрасной. Потом придется все начинать сначала.

— Угнетающе действует на людей социальная незащищенность. Страх потерять работу, платное медицинское обслуживание, невозможность из-за высоких цен купить квартиру, рост стоимости коммунальных услуг — все это заставляет многих ностальгически оглядываться в прошлое. Что в состоянии сделать власть, чтобы у людей появилось ощущение жизненной устойчивости и они твердо знали, какой необходимый минимум социальных льгот им гарантирован?

— Погодите-ка! Это в каком же таком нашем прошлом граждане могли запросто купить себе квартиру?

Есть социальные гарантии для всех россиян и социальные льготы для отдельных слоев граждан — пенсионеров, инвалидов, многодетных, малоимущих и многих других. Это нужно разделять. Все имеют право на оплачиваемый труд, на отдых, на жилище, на обучение, и государство гарантирует гражданам эти права. Другое дело, что ряд категорий граждан — социально незащищенных — нуждается в особой поддержке государства и социальных льготах.

Для улучшения дел в социальной сфере я использую свои собственные инструменты — президентские указы.

В январе этого года я принял указ о мерах по обеспечению своевременной выплаты заработной платы работникам бюджетной сферы, пенсий и иных социальных выплат. Все руководители и должностные лица, которые занимаются этими вопросами, несут персональную ответственность за то, чтобы положенное было людям заплачено вовремя, чтобы зарплата бюджетников и пенсии не «крутились» на счетах коммерческих банков, чтобы эти деньги предприятия не тратили на какие-то другие нужды. В противном случае нарушители будут уволены за однократное грубое нарушение своих обязанностей, возбуждаем и уголовные дела.

Для того чтобы помочь улучшить свои квартирные условия всем россиянам, независимо от их достатка, я подписал несколько указов — о разработке федеральной программы «Свой дом», о государственной поддержке граждан в строительстве и приобретении жилья, о новом этапе в реализации государственной целевой программы «Жилище».

Те, кто пожелает построить свой дом, смогут получить кредит на срок от 10 до 25 лет и освобождение от налогов на построенное жилье до тех пор, пока не будет погашен кредит. И цены на жилье будут не «космические», а вполне подъемные для семьи со средним достатком — стоимость 1 кв.метра в индивидуальном доме, построенном по этой программе, не будет превышать двухмесячного денежного дохода на душу населения в конкретной местности.

Меры по государственной поддержке граждан в строительстве и приобретении жилья предусматривают, чтобы правительство каждый год выделяло бюджетные средства для выплаты безвозмездных субсидий гражданам, которые признаны нуждающимися в улучшении жилищных условий. Эти субсидии будут зачисляться на специальный именной счет гражданина и могут быть сняты с него только для оплаты расходов по строительству и приобретению жилья. А кроме того, направляю в Госдуму проект закона. по которому граждане, приобретающие жилье за счет субсидий, будут освобождены от уплаты государственной пошлины нотариальной конторе.

Другая животрепещущая проблема — вопрос о правах граждан на свои земельные участки.

Речь идет прежде всего о садовых и дачных участках, о домах в сельской местности. С начала 1991 года уже около 40 миллионов россиян стали собственниками земельных участков, а 12 миллионов сельских жителей получили в собственность земельные доли. Но, к сожалению, еще нет полноценного законодательства о земле, а потому возможны разные нарушения, необоснованные запреты и прямое самодурство на местах.

В связи с этим я также подписал ряд указов. Важнейший из них, на мой взгляд, это указ о реализации конституционных прав граждан на землю.

Во-первых, в указе установлено, что вся земля, которую граждане получили до 1 января 1991 года, в том числе сверх установленных предельных размеров, сохраняется за ними в полном объеме. Запрещается заставлять граждан выкупать эти участки или брать их в аренду.

Во-вторых, закреплено право собственника самостоятельно распоряжаться своей землей: передать ее по наследству, использовать ее для ведения крестьянского и личного подсобного хозяйства, продать, подарить, передать в аренду, внести в уставный капитал или паевой фонд сельскохозяйственной организации.

Не могу не сказать и об обманутых вкладчиках. Эго специфическая проблема и примета сегодняшнего дня.

В ноябре прошлого года я поручил создать специальный Федеральный общественно-государственный фонд по защите прав вкладчиков и акционеров.

В марте этого года утвердил Комплексную программу мер по обеспечению прав вкладчиков и акционеров. Поручил правительству в тесном взаимодействии с Федеральным собранием принять реальные меры, включая законодательные, по предупреждению возможных нарушений прав вкладчиков и акционеров и по возмещению ущерба, понесенного обманутыми вкладчиками.

В апреле поручил правительству разработать программу восстановления вкладов граждан в Сбербанке, которые обесценились в течение 1991–1996 гг. Уже в этом году начнется восстановление вкладов наиболее нуждающихся в поддержке граждан — престарелых, ветеранов, инвалидов.

Хотелось бы сделать небольшое замечание по поводу возмещения государством вкладов граждан, потерянных на играх с «финансовыми пирамидами».

С одной стороны, то, что государство занимается этой проблемой, очень правильно, поскольку существует значительная доля ответственности власти за ситуацию, в которой нет законов, ограждающих простых людей от деятельности жуликов всероссийского масштаба.

С другой стороны, я понимаю и рядовых налогоплательщиков, которые считают несправедливым, что фактически из их кармана будут оплачивать чужие неудачи в погоне за «легкими деньгами».

Я ничего не имею против того, чтобы мы помогли пенсионерам или малоимущим, отдавшим последние тысячи рублей жуликам с хорошо подвешенным языком. Но возмещать ущерб тем, кто потерял в МММ по 10—15 тысяч долларов? Увольте! Такую сумму денег вряд ли обычный работяга может за год заработать, не говоря о том, чтобы ее так просто за один раз куда-то вложить.

Уверен, что и другие налогоплательщики меня в этом поддержат. Будем использовать прежде всего внебюджетные источники для частичной компенсации потерь обманутых вкладчиков.

Я хочу, чтобы уверенность в завтрашнем дне, чувство социальной устойчивости и оптимизма снова стали характерной чертой каждого россиянина.

— О реформе в армии. Пока она ограничивается лишь разговорами о реформе. Если Вас переизберут, что, как главнокомандующий, Вы предпримете? В какие сроки возможно реформировать наши Вооруженные силы? Какой будет российская армия после реформы? Особый, волнующий многих вопрос: сохранится ли призыв в армию студентов?

— Уверен, уже через четыре года наша армия будет профессиональной. Эго значит, что постепенно из года в год будет сокращаться призыв в армию, а призыв студентов будет отменен полностью. Приму все необходимые меры для того, чтобы к концу этого года на территории Чеченской Республики и в других «горячих точках» солдаты и офицеры служили только по контракту.

Для того чтобы реформа в армии стала на прочную основу, нужно принять ряд законов. Прежде всего речь идет о военной доктрине России. Пока мы не определим, какие вызовы могут угрожать нашей национальной и военной безопасности в ближайшей, среднесрочной и долгосрочной перспективе, невозможно определить, какой должна быть необходимая и достаточная численность Вооруженных сил, где должны быть места их дислокации, развитие каких родов войск нужно считать приоритетным, в конце концов, каким должен быть госзаказ для нашей «оборонки».

В свое время я принял указ об основах военной доктрины, но это решение — неполное. Нужно принимать закон. Иначе все попытки реформировать армию напоминают езду вслепую по бездорожью.

Какой должна стать наша армия после реформ? В результате коренной реформы Вооруженных сил наша страна должна иметь небольшую по численности, профессиональную, мобильную армию, дислоцированную в регионах, пригодных для создания нормальных жизненных условий и организации боевой учебы, на направлениях наибольшей концентрации внешних и внутренних угроз безопасности.

Вооруженные силы должны быть полностью деполитизированы, Армия не должна ставиться перед политическим выбором — выполнять или не выполнять приказы органов власти. В то же время армия не может и не должна нести ответственности за приказы, которые она выполняет, и за их последствия.

Недопустимо снижение социальной защиты военнослужащих и членов их семей. Недавно я подписал указ о дополнительном строительстве жилья для 120 тысяч военнослужащих.

Нужно строго следить за тем, чтобы сокращение армии не проводилось за счет профессионалов — офицеров и прапорщиков: ведь именно они должны стать основой профессиональной армии в период ее реформирования.

Нельзя допустить обвального спада военного производства, потери его научного и производственного потенциала. Единственный метод бескризисной конверсии — борьба за мировые рынки оружия, продажа излишков при постепенном снижении объемов его производства и направление полученных средств на конверсию оборонного производства.

Нужно приложить все силы, чтобы в обществе был восстановлен престиж военной службы, чтобы армия заняла в государстве то достойное место, которое она всегда занимала в России, чтобы человек в погонах пользовался уважением как защитник Отечества.

— Коррупция и организованная преступность достигли таких масштабов, что люди уже просто не верят в Ваши обещания повести с этим злом решительную борьбу. Ждут не слов, а дел. Только тогда мафиози и уголовные авторитеты перестанут чувствовать себя в России безнаказанными. Что Вы реально намерены сделать для противостояния коррупции и преступности?

— Не могу без боли думать о том, что россиян пугает жизнь в собственной стране, что они стали бояться спокойно ходить по улицам, ведь страх — это чувство, недостойное нас с вами. А потому использовал и впредь буду использовать все свои полномочия для того, чтобы наладить работу наших органов охраны порядка, чтобы помочь им переломить ситуацию и взять верх в борьбе с преступностью.

Первостепенными считаю две задачи.

Во-первых, положить конец уличной преступности.

Во-вторых, остановить коррупцию и экономическую преступность.

Основное внимание уделял и буду уделять низовому звену органов милиции. Пока каждый участковый, следователь, оперативник, постовой не почувствует, не увидит настоящего понимания своих проблем, не почувствует реальной помощи, не будет уверен, что он сам и его семья надежно защищены социальными гарантиями государства, трудно ожидать изменения психологического климата и в милиции, и вокруг нее, трудно ждать хорошей работы и надежной защиты нашего с вами покоя.

Один из путей решения этой проблемы — создание местной милиции, которая будет по-настоящему подотчетна населению. Когда каждый участковый будет знать жителей своего района в лицо, когда он будет получать зарплату из их налогов и отвечать непосредственно перед людьми за результаты своей работы, ни один преступник не сможет уйти от заслуженного наказания, а главный упор будет сделан на предупреждение и профилактику преступлений.

Что касается коррупции и экономических преступлений, могу сказать, что в 1995 году их фронт был прорван — началась работа по очистке правоохранительных органов от коррупционеров и предателей. И эта работа будет продолжаться.

Одна из наших важных задач — лишить экономическую преступность питательной среды, которая продолжает существовать, покуда остаются пробелы или недостатки в законодательстве. В первую очередь необходимо отказаться от разрешительного принципа при регистрации коммерческих структур и, самое главное, — от громоздкой и противоречивой системы налогообложения.

Сильное, жесткое правительство, независимая, с активной гражданской позицией пресса и суд — естественные ограничители коррупции. Сейчас, когда приняты Гражданский кодекс, Закон об основах государственной службы и еще целый ряд других важных законов, появились по-настоящему действенные инструменты для борьбы с коррупцией. Буду их эффективно использовать.

— В стране чудовищно разросся управленческий аппарат, а с ним и произвол чиновников. У многих властей предержащих притупилось элементарное чувство ответственности. Между тем люди ждут, что за провалы, упущения, недостатки — в самых разных областях жизни, взять ту же чеченскую трагедию, растранжиривание бюджетных средств, торможение экономической реформы — ответят те, кто в этом повинен. Собираетесь ли Вы проявить здесь подлинную решительность? И произойдет ли в связи с этим хотя бы частичное обновление Вашей команды?

— Давайте-ка не будем сваливать разные проблемы в общую кучу и не будем лукавить. Про чиновничий аппарат — это один вопрос. Про мою команду — другой.

А потому отвечу по порядку.

Что касается засилья бюрократии — действительно, сколько мы и наши предшественники ни пытались сократить чиновничий аппарат, ничего из этого не вышло. Тому есть много причин, в том числе и объективных.

Во-первых, выросло число новых управленческих проблем, связанных и с экономическими реформами, и с социальной сферой, и с федеративными взаимоотношениями. Если нет специалиста, который умеет их решать, то, как водится, пытаются взять проблему не уменьем, а числом.

Во-вторых, не нужно забывать, что чиновничий аппарат с огромной скоростью растет на местах, пожалуй, даже быстрее, чем в центре. Да еще появились и «новые бюрократы» — руководство акционированных предприятий, менеджеры.

А, в-третьих, требуя «крови» чиновников, давайте тоже не будем совсем бестолковыми: без госслужбы, без служащих, без чиновников, без аппарата нет государства.

Сколько же этот аппарат можно сокращать и реформировать? Каждые шесть месяцев из бюрократа делают пугало. Он после этого со страху вынужден больше брать взятки, потому что чувствует себя временным, ему нужно успеть наворовать, чтобы обеспечить себе стабильность, а в результате все равно, сколько ни сокращай, такие бюрократы размножаются прямо-таки клеточным делением.

Мы приняли другое решение — начал действовать Закон о государственной службе. Этот закон переводит тему борьбы с номенклатурой в легальную плоскость.

Никогда чиновник не будет получать столько, сколько банкир, коммерсант и даже высококвалифицированный рабочий, а потому, чтобы чиновник избежал соблазна коррупции и вымогательства, он должен быть поставлен в жесткие рамки.

С одной стороны, «кнут» — строгий контроль, обязанность декларировать все свои доходы, отказ от членства в любой партии, строгое наказание за малейший проступок с ускоренной процедурой увольнения и лишения всех привилегий, полагавшихся ему по должности.

А с другой стороны, «пряник» — чиновник должен быть уверен, что пока он хорошо работает, у него будет стабильное положение, гарантированное социальное и пенсионное обеспечение, гарантированное жилье и медицинское обслуживание.

И это нормальная система.

А если, несмотря на закон, чиновник продолжает воровать, пренебрегать проблемами людей и заботами государств, то есть своими прямыми обязанностями, на то есть суд, прокуратура и мы с вами. Если власти чего-то не понимают или не замечают, нужно не бояться — толкать их в спину.

Что же касается обновления моей команды, то скажу вам прямо. Вопрос этот, хоть и достаточно «круглый», но лукавый.

Ведь президентская команд, а обновляется постоянно — Гайдара сменил Черномырдин, Чубайса — Каданников и Казаков, ушли в отставку Бурбулис и Козырев. Так почему же не спросить прямо: намерен ли я поменять премьер-министра или министра обороны?

Если бы от замены одного человека на другого немедленно наступил мир или полное благоденствие, я бы, не задумываясь, это сделал. В том числе если бы речь шла и обо мне самом.

Но ведь сегодня об обновлении кабинета говорят главным образом претенденты на президентский пост. Причем пост премьера кажется им достойной наградой за отказ от участия в выборах. И если раньше у нас был десяток кандидатов в президенты, теперь — едва ли не столько же претендентов на пост премьера.

Скажу прямо — обновление Кабинета министров, формирование подлинного правительства народного доверия нам необходимо, но торговать портфелями я никому не позволю. Исполнительная власть — это не карточный пасьянс. От ее стабильности зависит стабильность в государстве.

Президентская команда менялась и будет меняться, но не из конъюнктурных политических соображений и тем более не под давлением оппонентов. Главный принцип обновления: профессионал должен быть на том месте, где он принесет наибольшую пользу государству и народу.

— Чем ближе день выборов, тем щедрее кандидаты в президенты на обещания. Но избирателям этого мало. Им нужны гарантии того, что обещание свершится. Как Вы относитесь к идее заключить с решившими голосовать за Вас некий общественный договор в виде четкой, ясной, из пяти—восьми пунктов, программы? Чтобы потом по ней можно было оценивать действия легитимно избранного президента и от которой он уже не сможет отречься?

— Я готов заключить такой договор. Меня несколько смущает фраза: «С теми, кто решил голосовать за Вас». А что, перед теми, кто за меня не проголосует, у меня не будет никаких обязательств?

Ведь мы избираем президента всех россиян, а потому у него не может быть перед одной частью общества больше обязательств, чем перед другой.

А потому я обращаюсь ко всем россиянам — и к тем, кто готов за меня голосовать, и к тем, кто проголосует против, и к тем, кто не придет на выборы. Я обещаю одно — мы не свернем с нашего пути, пути к свободе и благоденствию, который начали пять лет назад.

Как строитель, могу сказать: мы уже давно прошли «нулевой цикл», воздвигли стены, подвели их под крышу… И все же живем на стройке в разгар строительства. Это и неуютно, и опасно. Мы пока видим здесь беспорядок, строительный мусор, грунтовые воды, которые пытаются подмыть заложенный нами фундамент…

Однако здание нашей новой жизни уже построено.

Теперь можно переходить к следующему этапу, выражаясь тем же языком, — к отделочным работам.

И главное — думать, как жить в этом доме.

И я обещаю — жить мы будем хорошо: спокойно, благополучно, красиво и достойно!

Для выполнения этой цели я сделаю все от меня зависящее. И от этой цели, от этого выбора я не отрекусь никогда.

— И, наконец, последний вопрос. Как Вы себя чувствуете на финише предвыборной гонки и, возможно, на старте еще четырех лет у руля России?

— Чувствую себя отлично. Чем больше езжу по стране, чем чаще встречаюсь с людьми, чем ближе ощущаю их поддержку и участие, тем яснее ощущаю, как с каждым днем прибывают силы и уверенность в победе.

Я привык к большим нагрузкам и длинным дистанциям. Выборы 96-го года — это только промежуточный финиш.

Через четыре года я не буду переизбираться: это запрещено Конституцией. На мое место вы изберете другого. Но уже сейчас я ясно вижу, что моему преемнику в наследство достанется стабильная, процветающая, уважаемая во всем мире ВЕЛИКАЯ РОССИЯ

«Известия» 24 мая 1996 года