November 23

Маршал авиации Евгений Шапошников: Хочу, чтобы в новом году нас не обманули

В дни преподнесенного двумя президентами новогоднего подарка народам не все, может быть, обратили внимание на тот факт, что при подписании Договора о сокращении стратегических наступательных вооружений не присутствовал главнокомандующий Объединенными Вооруженными Силами СНГ, в состав которых входят стратегические ядерные силы, расположенные на территории четырех государств Содружества. Между тем в последние дни ушедшего года маршал авиации Евгений Шапошников принял участие в работе второго пленарного заседания Межпарламентской ассамблеи в Санкт-Петербурге, где говорилось о том, что многие из соглашений так называемого военного пакета документов СНГ не выполняются. Если это так, то почему?

— Наработанных за год документов по вопросам обороны и безопасности уже два тома. — рассказывает Евгений Шапошников. — Это мои настольные книги. Но прежде чем говорить о том, выполняются эти соглашения или нет, нужно определенно ответить на вопрос: «да» или «нет» Содружеству? Скрытая ли это форма развода, как полагают некоторые политики, или все-таки путь к интеграции через самоопределение?

— А как по-вашему, Евгений Иванович?

— До некоторых пор думал, да и сейчас хочу надеяться на то, что Содружество будет не только декларированным. Но вижу, как меняется обстановка. Синдром суверенизации пронизывает и военные ведомства стран СНГ.

Главный документ, который не работает по сей день. — это подписанный в Ташкенте шестью государствами Договор о коллективной безопасности. За полгода его ратифицировали лишь парламенты Кыргызстана. Таджикистана и Армении. По мнению же большинства в Верховном Совете России, этот договор жестковат. Когда зашла об этом речь на заседании Межпарламентской ассамблеи, мне сказали, что нужно предложить концепцию коллективной безопасности и больше как главкому работать с парламентариями. Что ж, критику принял, буду исправляться. Представители парламентов шести государств предложили мне разработать и представить на рассмотрение очередного заседания ассамблеи основные принципы сближения национальных военных законодательств и предложения по повышению обороноспособности Содружества. К апрелю 93-го постараюсь выполнить эту работу.

— То есть можно говорить о том, что закладывается основа военно-политического союза СНГ? На территории этих шести государств и расположены Объединенные Вооруженные Силы Содружества?

— Говорить о военно-политическом союзе, конечно, можно, но прежде нужно определиться по многим параметрам. На сегодня Объединенные Вооруженные Силы состоят из двух компонентов. Первый — это стратегические ядерные силы, расположенные на территории России. Украины. Казахстана и Беларуси, и второй — воинские контингенты, выделенные в оперативное подчинение главного командования для выполнения миротворческих функций. Но до тех пор, пока Договор о коллективной безопасности не будет ратифицирован, неопределенность останется.

— Значит, статуса как такового у Объединенных Вооруженных Сил СНГ пока нет?

— Статус есть, но эти силы без решения парламентов не могут применяться даже как миротворческие. Ситуация с Таджикистаном — наглядный тому пример. Республика обратилась за помощью к России. Казахстану. Кыргызстану и Узбекистану. Представители военных ведомств этих стран разработали в Термезе план операции по вводу в «горячую точку» миротворческих сил. Но лишь парламент Узбекистана поддержал это предложение.

— Евгений Иванович, скоро исполнится год со дня беспрецедентного в нашей истории форума — Всеармейского совещания офицерских собраний. Как сегодня вы оцениваете это явление?

— Совещание проводилось по инициативе офицеров, обеспокоенных судьбой армии в рамках Содружества. Сегодня видно, что опасения людей военных были небезосновательны. Но и сейчас уверен: попытка возврата в прошлое толкнула бы наши народы к гражданской войне. Жалко, что не удалось тогда убедить политиков сохранить в Содружестве на переходный период сроком на 3—5 лет единую или объединенную армию. Дележка шла грубо словно мальчишки делили игрушечные танки, подводные лодки и оловянных солдатиков. Предлагавшийся переходный период помог бы государствам Содружества спокойно создать свои национальные армии. А получилось, что людей дернули, позвав под разные знамена, заставив многих второй раз присягнуть. Но ведь воинские коллективы и сегодня во многих регионах остаются многонациональными и по духу, и по составу.

Лично я не хочу больше никогда служить какой-нибудь личности или элите. И если люди в армии еще тянутся друг к другу и чувствуют себя как единый организм, считаю, что это стремление надо поддерживать. Иначе мы развалимся совсем. В СНГ нет сейчас ни одного государства, которое могло бы построить эффективную оборону без помощи других. Так уж сложилось. А мне говорят, что это можно сделать на основе двусторонних соглашений. Сомневаюсь.

— Как с главкомом ОВС СНГ с вами консультировались перед подписанием Договора о сокращении стратегических наступательных вооружений?

— На этот раз нет. Хотя президентами государств, на территории которых размещено в СНГ ядерное оружие, определен мой международно-правовой статус, по которому я участвую в процессе управления, анализа обстановки и выдачи предложений, если возникнет критическая ситуация.

Мой анализ положения дел по военно-политическим вопросам в СНГ показывает, что критическая ситуация назрела в самом Содружестве. Год, конечно же, прожит не зря. Есть плюсы и минусы, но если их положить на весы, то дестабилизирующих факторов, к сожалению, больше.

По-моему, нужно как можно быстрее перестать обманывать и себя, и других. Если нам нужно Содружество, то какое? Прямой и честный ответ хотелось бы услышать на предстоящей встрече глав государств СНГ в Минске.

— Можно ли предвидеть варианты ответов?

— Конечно. И первый такой — содружество возможно только в аморфной форме, когда координирующие органы отсутствуют или существуют номинально. Их деятельность в основном сводится лишь к подготовке совещаний и встреч. То есть на них попросту неоправданно тратятся народные средства. Я лично хочу не зря получать деньги.

Но этот вариант ответа — путь в пропасть. Меня устраивает другой — эффективное жизнеспособное содружество в форме тесного экономического и военно-политического союза с сильными координирующими органами. Те государства, которые сегодня не готовы к такой форме содружества, могут выйти из СНГ и перевести взаимоотношения в рамки мировых цен и стандартов.

Выбор варианта позволит ответить и на другой вопрос: какую оборонительную систему нам строить в будущем? Индивидуальную для каждого государства с созданием своего научно-производственного потенциала или же коллективную? Все это имеет принципиальное значение для главного командования ОВС СНГ, деятельность которого представляется некоторым как борьба с суверенитетами или за собственное выживание. Ни то, ни другое не имеет ничего общего с действительностью. Мы заинтересованы только в одном — вместе решать трудные социально-правовые, материально-технические и оперативно-стратегические задачи. Если же у руководителей государств СНГ с этим нет проблем, то так и нужно сказать.

— И все же новый год — новые надежды…

— Да, год прожитый был не самым лучшим. Лично я хочу, чтобы 93-й был светлее… Чтобы все было четче, понятнее. Чтобы не было обманутых среди нас.

Владимир ЗЕЛЕНЦОВ.

«Российская газета» 9 января 1993 года