November 7

Развод с «человеческим лицом»

На политической карте мира 1 января появятся два независимых государства —Чехия и Словакия


Леонид КОРНИЛОВ. «Известия»


Конец года оказался насыщенным важными событиями на чехословацкой политической сцене. Они открыли зеленую улицу прекращению существования федерации, совместного государства чехов и словаков, созданию в полной мере не зависимых друг от друга Чешской Республики и Словацкой Республики.

Развод в Чехии и Словакии, который официально состоится в полночь под Новый год, все величают культурным, цивилизованным, мирным. Так сказать, развод с «человеческим липом». Это главное. В чем же особенно ярко проявилась эта цивилизованность разъединения двух славянских, очень близких друг другу народов?

Есть, наверное, разные точки зрения, но, на мой взгляд, прежде всего в том, что, уяснив неизбежность этого события, политики здесь не позволили себе ни истерик, ни площадной брани, ни кулачных боев, а начали готовить развод заранее. В первые же часы нового гола ни чехам, ни словакам не придется метаться в спешке. («Что там еще не сделано?»), срываться с места, дабы успеть в последний вагон уходящего поезда. Свыше 25 подписанных уже взаимных соглашений составили солидный пакет, трактующий, «как будем жить врозь». Подобно тому, как «нежная» революция показала миру образец бескровных, но и бескомпромиссных действий по свержению тоталитарного режима, так и разъединение государства проводится тут методами, которые заслуживают внимания.

25 ноября Федеральное собрание приняло конституционный закон о разделе федерации. Этот вполне ожидаемый акт явился все-таки неожиданным для тех, кто привык определять ход событий исключительно правилами двух арифметических действий из четырех, в самом деле: расклад голосов в доживавшем последние дни парламенте вроде бы делал невозможным «самоубийственное» решение. Ведь Федеральное собрание ранее уже проявило свой «левый» нрав, постановив образовать комиссию по созданию Унии Чехии и Словакии. Это была, пожалуй, единственная скандальная «сцена», в ходе которой категорически признавалась неконституционной операция по расколу единого государства. Однако почти два месяца спустя правящим партиям удалось собрать необходимые три пятых голосов, и закон о разделе прошел в обеих палатах.

А если бы не удалось? Если бы не прошел? Наверняка был бы найден другой выход — не случайно еще в сентябре шла речь о четырех подготовленных вариантах развода. Операция рассечения в данной ситуации все равно состоялась бы.

С принятием закона о разделе практически перестали существовать все федеральные институты Чехословакии. Обе республики, например, стали правомочны самостоятельно заключать международные договоры. Это позитивно проявило себя, скажем, при подписании недавних краковских соглашений вишеградской группы, плавно перешедшей из «треугольника» в «четырехугольник».

В декабре торжественно приняты конституции обеих стран. Именно до того, как официально образуются самостоятельные государства. Поневоле сравниваешь с ситуацией вокруг Конституции Российской Федерации.

Отвергнутыми оказались всякие попытки сохранить, остатки федерации — вроде той же несостоявшейся унии, в чем-то, быть может, напоминавшей бы наше СНГ. На «развалинах ЧСФР» (впрочем, столь пессимистический термин многими оспаривается) не выросло никаких общих учреждений, советов, наблюдательных и консультационных групп. Хорошо это или плохо, не нам судить. Но появляются два совершенно отдельных государства, с нормальными двусторонними отношениями.

У каждой страны свой герб. У каждой отныне свой флаг (Чехия восприняла чехословацкий, что вызвало протесты другой стороны) и гимн. С гимном как раз было проще всего: ведь чарующий чехословацкий гимн состоял из двух национальных частей — щемяще-лирической чешской и бурной, наступательной словацкой. Словаки, правда, добавили теперь кое-что к своей мелодии. Чехи оставили станинную песню «Где ломов муй» без всяких изменений.

Утверждены бюджеты на 1993 год. Разделена армия в соотношении два к одному, что соответствует численности населения Чехии и Словакии. Разделены академии наук, службы разведки. А граница? Есть два варианта: «прозрачная» и «физическая». Во всяком случае министр внутренних дел Чехии Я. Румл заявил, что его ведомство способно соорудить «физическую» границу за несколько недель, все зависит от политического решения.

Наконец, что самое трудное, в принципе поделено имущество. Возникали, конечно, и крупные, и мелкие спорные моменты. Так, словацкий премьер В. Мечьяр потребовал было «словацкой доли недвижимости», числящейся за федеральным президентом, то есть передачи Братиславе… части Пражского Града.

Что же, при разделе имущества имелись в виду три его группы: во-первых, отдельные здания, золотой запас и купонная приватизация; во-вторых, движимое имущество на сумму 350 миллиардов крон; в-тоетьих, спорные предприятия. Почему спорные? Вот, например, транзитные газопроводы. Они пролегают и по словацкой, и по чешской территории.

Не забытыми оказались и депутаты Федерального собрания, избранные лишь несколько месяцев назад в результате свободного волеизъявления народа. В Чехии, например, решение предусматривается такое: из числа депутатов создается Временный (до выборов этого нового органа) сенат ЧР. В Словакии намекают на то, что стране понадобятся 53 зарубежных посла, 4 представителя в международных организациях, генконсулы и так далее — ими вроде бы могут стать и бывшие федеральные депутаты.

Так что политические плацдармы сооружены, предпосылки для бесперебойного, мягкого перехода из одного состояния в другое созданы. И все же не будем идеализировать, развод показал не одни только привлекательные качества. Как ни жаль, он подтвердил давно известный урок, что политики имеют возможность решать судьбы народов, не очень-то считаясь с их мнением, чаяниями, привычным укладом, историей.

Если летом, после выборов, абсолютное большинство как в Чехии, так и в Словакии высказалось против разъема федерации, то ведь, несмотря на усиление разъединительных настроений, и теперь, в канун развода, лишь 40 процентов словацкого народа и 50 процентов чешского считают его необходимым. Так что не больше половины!

Были голоса, даже довольно мощное движение, чтобы о разделе государства провести всеобщий референдум. «Нельзя лишить общественность права на участие в таком важном деле», — настаивала оппозиция. Казалось бы, логичный довод. Но насколько он был реален? Против референдума, как сильного фактора возникновения новых распрей, выступили обе правящие партии. Возможно, насчет распрей в обществе они и правы. Но не вел ли отказ от референдума к антагонизму между обществом и политической элитой.

Элита взяла на себя всю ответственность, даже формально не деля ее с населением. Какую оценку выставит ей история?

«К сожалению, разделение государства оказалось необходимым для того, чтобы отношения могли стать нормальными», — так высказался В. Клаус.

На улицах городов, у рождественских витрин, в дешевых пивных и дорогих ресторанах жизнь идет своим чередом. Будто до развода никому и дела нет. Но это, конечно, обманчивое впечатление. Процесс болезнен. «Упрямствующих» немало. Неизбежность раздела драматична. Расставаться трудно. Нет-нет, дают себя знать обиды, раздражения. Тем ценнее проявившаяся способность трезво и спокойно взглянуть правде в глаза. Такая способность требует и мужества, и прозорливости, и культуры. Но она-то и устраняет опасность резкой конфронтации, в том числе конфронтации силы, назови её «вынужденными мерами» или гражданской войной. Чехия и Словакия, по-видимому, не растратили этого умения.

Ручаться, конечно, в наши дни ни за что нельзя. Этому нас учит и собственный опыт, и опыт других стран. Но при разводе по-чехословацки, считают, больше шансов за то, что в этой части мира не всколыхнутся страсти национал-непримиримости. Как сказал мне один высокопоставленный дипломат, «может быть, конечно, где-нибудь в винном ресторанчике на берегах Моравы какой-то подвыпивший бедолага и схватит за грудки своего бывшего земляка, но это погоды не сделает, эхом конфликта не аукнется, развод пройдет благопристойно». Похоже, что так.

Однако есть сфера, где благопристойность вовсе не означает еще позитивного результата. Это экономика. Она госпожа своенравная, по своим законам живущая. Чего же можно ожидать от нее? Но это тема другой корреспонденции.

ПРАГА.

Президент Борис Ельцин подписал Указ о признании Россией Чешской Республики и Словацкой Республики «в качестве самостоятельных, суверенных и независимых государств».

Борис Ельцин поручил МИД России провести переговоры с Чешской Республикой и Словацкой Республикой об установлении дипломатических отношений с 1 января 1993 года и оформить достигнутые договоренности соответствующими документами.

Указом генеральное консульство РФ в Братиславе преобразуется в посольство РФ в Словацкой Республике.

ИТАР-ТАСС.

«Известия» 29 декабря 1992 года