October 27

Думайте сами, решайте сами


Прогноз


Статистика свидетельствует: рождаемость в России упала до самого низкого за весь послевоенный период уровня. Число родившихся постоянно уменьшалось, начиная с 1988 года.

В чем же причины столь неприятного положения! Вот одна из них: в возрастную группу 20—29 лет сейчас вступает малочисленный контингент женщин — дочери тех. кто родился в военные и первые послевоенные годы. Между гем на долю женщин этого возраста приходится более двух третей ежегодно рождающихся детей. Численность женщин 20—29 лет сегодня на 1,7 миллиона человек, или на 14 проц., меньше, чем в 1987 году.

Однако снижение рождаемости не было бы столь обвальным, если бы ситуация не отягощалась еще и кризисом в обществе.

Падение уровня жизни, неуверенность в завтрашнем дне напрямую влияют на частоту деторождений. Если в 1987 году на каждую тысячу женщин от 15 до 49 лет приходилось в среднем 68 родившихся, го в 1991-м — 50. Причина этих потерь — в основном снижение интенсивности рождений. Особенно у женщин в возрасте 25—34 лет — именно они во многом определяют ситуацию с рождаемостью. Уже имея одного, реже двух детей, эти женщины теперь стараются больше не рожать. В прошлом году по сравнению с 1987-м число вторых и третьих рождений у матерей 25—34 лет сократилось почти вдвое — на 389 тысяч.

Стремительное удорожание жизни привело к тому, что содержать даже одного ребенка многим семьям не под силу. Минимальная стоимость набора вещей, которые необходимы для младенца в возрасте до трех месяцев, в Москве в марте этого года достигла 10 тысяч рублей, в мае — 14 тысяч, а к началу сентября — уже 1/ тысяч рублей. Это равно почти 19 минимальным зарплатам. А пособие в связи с рождением ребенка составляло 2,7 тысячи — три минимальные зарплаты. На него можно было купить лишь прогулочную коляску и полушерстяное одеяло (соответственно за 2275 и 475 рублей).

Даже при многократно возросших ценах многие товары для новорожденных остались дефицитными. В столичном «Детском мире» нет колясок, ванночек, детского мыла. Из магазинов исчезли отечественные одноразовые подгузники, а высококачественные импортные продаются по неприемлемой цене — 3,5 тысячи рублей за 64 штуки. Высока стоимость детского питания.

Все это — в значительной степени сдерживающие факторы в рождаемости.

И вот результат: в нынешнем году положение с воспроизводством населения с каждым месяцем ухудшается. Только за январь — октябрь родившихся было меньше, чем за тот же период прошлого года, почти на 178 тысяч (12 проц.). Ожидается, что в целом за год оно снизится не менее чем на 225 тысяч (13 проц.).

Общий показатель рождаемости упадет до небывало низкой величины. На каждую тысячу россиян будет приходиться меньше 11 новорожденных. В Москве, Санкт-Петербурге, Московской, Тульской, Ленинградской, Тверской областях этот показатель не превысит 8—9.

Многие годы главным фактором роста численности населения был естественный прирост. Однако с ноября 1991-го в целом по России сложилась естественная убыль. За январь — октябрь нынешнего года число умерших превысило число родившихся на 121 тысячу (9 проц.).

Такая ситуация наблюдается сейчас в большинстве территорий страны, где проживает две трети ее жителей. В Тульской области умерших в 1,9 раза больше, чем родившихся. В Тверской и Псковской — в 1,8 раза. В Москве. Ярославской, Московской, Ивановской, Новгородской областях — в 1,6 раза.

К НАЧАЛУ 1993 ГОДА ВПЕРВЫЕ ЗА ПОЧТИ ПЯТИДЕСЯТИЛЕТНИИ ПЕРИОД ПОСЛЕ ОКОНЧАНИЯ ВОИНЫ ЧИСЛО ЖИТЕЛЕЙ РОССИИ СОКРАТИТСЯ И БУДЕТ МЕНЬШЕ, ЧЕМ К НАЧАЛУ 1992 ГОДА, НА 100 ТЫСЯЧ ЧЕЛОВЕК.

Демографическая ситуация из неблагоприятной на глазах превращается в экстремальную. Для стабилизации демографического развития требуются меры в государственном масштабе. Экономический кризис в первую очередь бьет по семьям с детьми, им-то и нужна помощь. И это не только многодетные семьи. В большинстве российских семей растет один-два ребенка. Поддержка, которую оказывает им государство, минимальна. Между тем от отношения к вопросу — рожать или не рожать! — именно в этих, как прежде говорили, «ячейках общества» напрямую зависит будущее воспроизводство населения России.

Борис БРУЙ, Игорь КОРОЛЕВ, Госкомстат России.


Сестричек со склада не завезли


Мини-опрос


Нина, 30 лет, экономист:


— Мой сынишка начал канючить: мол, когда у меня будет сестричка? Муж взял его на руки и говорит: «Старик, запомни раз и навсегда — в ближайшие десять лет сестричек со склада не подвезут».

Таня, 26 лет, инженер:


— Я вышла замуж полгода назад, когда сказала мужу, что беременна. Он устроил нам роспись через две недели, без ожидания, а когда мы поженились, сказал мне: «Теперь ты во мне уверена? Пожалуйста, не надо сейчас детей!» Но, собственно, их и не предвиделось. А вообще мой муж платит алименты прежней семье, и пока он не перестанет их платить, я не знаю, на что мы будем растить ребенка.

Марина, 30 лет, медсестра:


— Я недавно была в Большом театре и сдуру пошла в буфет. Стакан »Фанты» там стоит пятьдесят рублей, ломтик ветчины — сорок девять, бутерброд с осетриной — двести тридцать. Конфета »Стратосфера» — одна — тридцать рублей. Я с ужасом подумала, что могла бы пойти с ребенком. А ведь в моем детстве поход в театр — это еще обязательно и буфет. Что касается второго ребенка — то увольте. Дедушка оглох и ослеп, но еще не одурел.

Света, 22 года, студентка:


— Конечно, я буду рожать, несмотря ни на что. На ноги я и мой муж все равно никогда не встанем, потому что квартира всегда теперь будет стоить в тысячу раз больше, чем у нас в голове укладывается. Хотя, как представишь три года беспросветной нищеты, аж под ложечкой сосет.

Вера, 35 лет, стенографистка:


— Моя соседка, девочка девятнадцати лет, ходит в шубе, какую я себе и в пятьдесят не куплю. Недавно она вышла замуж, сделала аборт и купила щенка за двадцать пять тысяч. Я ей говорю: «Дура, что ты делаешь?». А она мне: «Мой муж пока только на собаку заработал. А на ребенка — еще нет».

Жанна, 29 лет, учитель:


— В школе всегда писали сочинения на тему »Кем ты хочешь стать». На класс всегда находилась девочка, которая писала, что хочет выйти замуж и иметь детей. Это не приветствовалось, если только она не добавляла, что хочет поехать на БАМ и там отыскать любимого. Теперь половина девушек пишет о том, что хотелось бы стать секретарем в фирме, делопроизводителем или фотомоделью. А вторая половина мечтает выйти замуж за обеспеченного мужчину и рожать малюток. Просто удивительно, как быстро девочки поняли, что в случае чего могут переложить заботу о себе на мужественные плечи. Но ведь богатых мужей на всех не напасешься.

Анна, 31 год, провизор:


— Я живу одна, и уйти в декрет означает просто умереть с голоду.

Лена, 25 лет, библиотекарь:


— Наши матери выходили из декрета через полтора месяца и потом бегали домой в обеденный перерыв кормить ребенка. Это и наша судьба. Что толку увеличивать декрет, если жить не на что будет? Скоро начнем в поле рожать, ведь это тоже уже было.


Милый, у нас будет маленький


Комментарий


Если бы родная редакция дала нам задание родить, чтобы написать репортаж для рубрики «Репортер меняет профессию», мы бы на это пошли. Но не с пустыми руками, а с условием: чтобы журналистский коллектив сбросился (только не с нашего десятого этажа, а по пять тысяч). В противном случае — увольте.

Сегодня все наше поколение — а именно те, кому по возрасту положено рожать, — делает вид, что это дело к нему отношения не имеет. Мы вполне осознанно депопулируем, то есть совершенно не увеличиваем народонаселение. Поэтому вряд ли наше поколение когда-нибудь назовут «девяностиками», но название депопулистов мы стопроцентно заработали.

Вы можете решить, что мы бесимся с комбижиру. В принципе, когда наши родители нас проектировали, в материальном смысле жизнь была, может быть, и тяжелее. Богатой считалась семья, где были велосипед и коврик. Не говоря уже о более ранних временах, когда предметом роскоши для детей были конфеты «подушечки», их резали ножом.

Но, Бог мой, какие радужные перспективы видели наши родители, глядя друг другу в глаза! Вместе с нейлоновыми носками подгребали сладостные годы нефтедолларов. Страна радостно переживала возрождение стиля «баракко»: все окраины застраивались «хрущебами». Наши папы и мамы проектировали нас в проходных комнатах, не опасаясь за завтрашний день. У них была твердая уверенность, что Родина за подаренную ей новую студентку или очередного солдата к радостям материнства и отцовства добавит улучшение жилищных условий, широко распахнет двери районной поликлиники, зажжет огни новогодней елки, одарив каждого мандаринами в пластмассовой Спасской башне.

Мы уверены в обратном.

Наше поколение не успело насладиться дешевыми плодами социализма. В 85-м году мы все еще учились в институтах: жить без диплома было как-то неприлично. Мы изучали теорию дифференциальных уравнений и классиков античности, обменивались расксеренными экземплярами Бердяева и Надежды Мандельштам, не подозревая: у нас остался год-другой, чтобы пойти работать на завод, где еще дают квартиры, а иначе судьба Надежды Яковлевны, всю жизнь мотавшейся по чужим углам, станет и нашей судьбой.

Она и стала. Как большинство наших ровесников, мы не успели обзавестись собственным жильем, и наши чайники свистят в лучшем случае на коммунальных кухнях, а в худшем — в родительских гнездах, где довольно тесно и без наших гипотетических детей. Смешно даже говорить, что в студенческие годы мы не строили дач, не покупали мебель и. занимаясь любовью, не занимались строительством ее материальной базы.

Теперь же, мучительно желая расплодиться, мы обдумываем следующие вопросы. Финансовая помощь со стороны родителей отпадает раз и навсегда: теперь, похоже, нам самим придется им помогать. Еще одна проблема — когда жена перестает работать, семья может тут же окапываться в долговой яме. Молчим уже про угрозу безработицы, состояние родовспоможения и тот факт, что если ребенок вдруг заболеет, он может вылечиться только самопроизвольно, вопреки всем усилиям отечественной медицины.

Наши родители, которые рожали даже в бесконечной, по нашим нынешним меркам, нищете, тем не менее вполне укладывались в жизненный стандарт тех времен. И пусть рукава и подол детской цигейковой шубки ежегодно надставлялись — такими «прибамбасами» могли похвастаться все дети двора. С тех времен жизненный стандарт прогалопировал. В последние десять лет, отстояв длинную очередь, даже мать-одиночка могла купить своему ребенку финский комбинезон или китайское платьице. В драную шубу или ситцевый халат его уже не оденешь.

Вообще-то тот, кто не видел хорошей жизни, рожает независимо от размера оклада. В самых нищих странах наблюдается отчетливая тенденция: падение уровня жизни ведет к повышению рождаемости. Поскольку ребенок в семье — не столько лишний рот, сколько лишний работник. Демографические революции делают голодные, а не сытые, которых три дня не покормили. Не зря же говорят, бедный, разбогатев, еще сорок лет экономит на спичках, в то время как богатый человек, обнищав, чувствует себя богатым еще сорок лет.

Для нас ребенок — лишний рот, в который к тому же нужно положить не кусок хлеба, а шоколадку «Сникерс». Дело даже не в том, сколько стоит набор пинеток и подгузников. Каждая нормальная семья не больна садомазохизмом, чтобы, отказав себе во всем ради ребенка, получать потом каждый день подтверждение, что их дитя вынуждено отказывать себе в самом желанном.

Родина перестала любить детей, свалив ответственность за них исключительно на плечи родителей И выяснилось, что ноша эта совершенно неподъемна На что немедленно отреагировал неиссякаемый источник народной мудрости: «Мне миленок говорит — я тебе не пара. Если вздумаешь рожать — только от Гайдара».

За последнее время случилось лишь два акта любви государства к детям и соответственно их родителям. Сначала было принято постановление «О неотложных мерах по улучшению положения детей в Российской Федерации» а потом вдвое повышены пособия. Как женщины и отчасти матери уверяем: эти судорожные припадки государственной симпатии распространяются в основном на инвалидов. Нормального ребенка можно будет бесплатно привить и поить до двух лет дармовым кефиром. Все остальное — наши проблемы.

В этом трагедия нашего поколения. Прикормленные властями демографы, правда, утверждают, что мы зря трепещем. В Западной Германии, дескать, депопуляция идет десятилетиями. Но нам от этого не легче. Предположим. Женя Пищикова хочет первого ребенка, а Оля Плахотникова — второго. Но, увы, в вентиляционном люке в туалете у нас не лежит валюта. И вдобавок мы не немцы, у которых в конце концов никто не отнимал свободу выбора. Мы же (равно как и остальные жители России) поимели полный комплект политических свобод, которые интимно интересны только государственным людям. Но зато у нас отняли свободу жить, любить и катать коляску по парку столько, сколько хочется, а не в зависимости от курса доллара и закупочных цен на мясо-молочные продукты.

С нами просто сыграли в сказку о потерянном времени. Еще год-другой, третий, и многим будет просто поздно рожать. А потому любая семья, которая все же задумала родить ребенка, неизбежно переходит в оппозицию к правительству. Уходит из стана праздно болтающих и, не знаем уж в чем, обагряющих руки в стан погибающих за великое Дело любви. Их, конечно, можно осудить за то, что не желают погибать за великое дело реформ. Но право же, если люди не хотят ходить на референдумы, а хотят валяться в собственной постели и придумывать имя своему маленькому, лишать их этого по меньшей мере бестактно.


Статистика


И мальчики кровавые в глазах

На каждую тысячу женщин от 15 до 49 лет о прошлом году приходилось 100 абортов. Это самое высокое соотношение среди стран СНГ. Всего же, по данным Минздрава России, в 1991 году было зарегистрировано 3,6 миллиона абортов — почти вдвое больше числа рождений. Реальная цифра еще больше: в официальных сводках не учитываются мини-аборты, сделанные в медицинских кооперативах.

В России остро не хватает эффективных контрацептивов, и аборты остаются самым распространенным средством пресечения беременности. Особенно тяжело такая ситуация отражается на молодежи. Девочкам в возрасте до 15 лет в прошлом году было сделано более 4 тысяч абортов, 15 — 19-летним — 250 тысяч. Из них первобеременным — соответственно 3 тысячи (75 процентов) и 84 тысячи (34 процента). Аборты при первой беременности самым существенным образом влияют на уровень рождаемости. Значительное число молодых женщин, прибегающих к ним, в дальнейшем остаются бесплодными.

Выйти замуж за дагестанца

Относительно высокий общий показатель рождаемости сохраняется сейчас только в регионах с традиционно распространенной многодетностью. «Рекорд» у республики Дагестан — 25,4 родившихся на каждую тысячу жителей в 1991 году. За ним идут Чечено-Ингушетия (24,1) Тува (23,7), Калмыкия (19.4), Кабардино-Балкария (19.1), а также Алтай, Саха, Бурятия.

Только в этих регионах каждый новый контингент родившихся численно больше контингента их родителей. На всех остальных территориях уровень рождаемости не обеспечивает даже простого замещения поколений.

Особенно неблагополучное положение сложилось в городской местности России. Для стабильной смены поколений нужно, чтобы детей было не меньше, чем их родителей. При современном уровне смертности на одну женщину в течение жизни должно приходиться не менее 2,15 — 2,17 рождений (так называемый суммарный коэффициент рождаемости). Но у горожан он составляет в среднем 1,54. Вот некоторые примеры:

Москва — 1,29

Санкт-Петербург — 1,25

Московская область — 1,24

Ярославская — 1,39

Тульская — 1,42

Ивановская — 1,43

Владимирская — 1,44

Смоленская — 1,45

Орловская — 1,45

Рязанская — 1,48

(По данным Госкомстата России).


Сообщают наши депопулисты и службы новостей

По оценкам Министерства труда, к концу третьего квар тала за гранью нищеты оказалась треть жителей России, за чертой бедности — каждые девять из десяти.

В ценах сентября прожиточный минимум (та самая грань нищеты) составлял в среднем на душу населения 2163 рубля. Причем для трудоспособного человека он достиг 2448 рублей, для пенсионера —1526, для ребенка —2056.

Эксперты считают, что к концу года этот показатель может составить 4000 рублей.

<>

«Часть населения города переходит в буквальном смысле на хлеб и воду>,— утверждает мэр Москвы Юрий Лужков. Столица, по его словам, стала самым дорогим городом в стране.

Закупка для города мяса и масла сократилась в последнее время вдвое, молочных продуктов — в полтора раза, сообщил мэр.

<>

На начало нынешнего года в России зарегистрировано 7118 детей, больных туберкулезом. В течение года заболевает около 3500 детей, а инфицируется до полумиллиона. Пик детской заболеваемости приходится на 3— 4-летний возраст.

Директор НИИ туберкулеза Минздрава России профессор Алексей Приймак считает, что прогноз относительно детской заболеваемости туберкулезом не оптимистичен Резко ухудшилось питание детей, регистрируется белковое голодание. Есть претензии и к календарю прививок. Их частое проведение в 7, 12 и 17 лет затрудняет реакцию детского организма на туберкулиновые пробы. из-за чего невозможно точно установить момент заболевания.

<>

Только в прошлом году заболеваемость раком среди юных жителей Омска увеличилась в два раза, желудочно-кишечными инфекциями — в восемь раз. Об этом сообщил председатель постоянной комиссии по экологии Омского горсовета Николай Шпынов.

<>

8 миллионов рублей выделил городской Совет подмосковного Фрязино на дотацию школьных завтраков. 20 рублей в день приходится на ученика младших классов. 10 рублей — остальным.

Социологический опрос показал: большинство родителей предпочли бы получать дотацию на руки. В итоге малый Совет решил, что половина школьников с 1-го по 6-й класс будет питаться в столовых бесплатно. Ученикам 7—11-го классов придется платить за школьные завтраки наличными, потому что дотацию их родителям все-таки дадут.

(РИА).


Пролетай, аист!


Сокровенное


Вот уже второй год не прилетают аисты в уютную квартиру рабочего Зюкина из города ММ. Ласково мигает голубым экраном телевизор «КВН».

— Линзу малыши разбили, — жалуется хозяйка, медленно выкладывая на стол узловатые натруженные руки.

Восемь детей в семье потомственного рабочего. Все они похожи друг на друга: все белоголовые, все любят драники из картофельной кожуры. Старшему сыну. Коле, восемнадцать. Сейчас он выполняет свой священный долг перед Родиной: следит, чтобы было чистым небо Чечено-Ингушетии. Младшему. Васеньке, три. Когда кто-нибудь из детей остается дома, он надевает их ботинки и идет гулять во дворик, где между помойкой и открытым канализационным люком заботливые шефы недавно поставили качели и песочницу.

— Что же нет прибавления в семействе? — спрашивает корреспондент.

— Мы благодарны за большую заботу государства о детях, — говорит глава семейства. — Прочитали в газете, что все пособия на детей повышены в два раза. И все-таки, если уж говорить по-нашему, по-рабочему, приходится прибегать к сознательному ограничению рождаемости. Зарплата поднимается медленно, да и тесновато стало нам вдесятером в однокомнатной квартире.

И все-таки, думается, еще зазвенит веселый младенческий голосок под этой доброй крышей. Хозяева поделились сокровенным: вот продадут семейные ваучеры у метро, сдадут Васеньку на пятидневку, глядишь, и затеплится в доме новая жизнь.


Цитатник


Ребенок должен при всех обстоятельствах быть среди тех, кто первым получает защиту и помощь.

Ребенок должен пользоваться благами социального обеспечения. Ему должно принадлежать право на здоровый рост и развитие: с этой целью специальный уход и охрана должны быть обеспечены как ему, так и его матери. Ребенку должно принадлежать право на надлежащее питание, жилище, развлечения и медицинское обслуживание.

Декларация прав ребенка. Принята Генеральной Ассамблеей ООН 20 ноября 1959 г.

Полосу подготовили Евгения ПИЩИКОВА, Ольга ПЛАХОТНИКОВА.