October 16

В ожидании государственных людей пребывает российское золото за границей


Владлен Сироткин, эксперт комитета по международным делам и внешнеэкономическим связям ВС РФ


Проблема

С вхождением СССР, а затем и стран СНГ и Балтии, а также Грузии в мировое содружество обострились старые, 75-летней давности, споры о «царских долгах».

Стоило сначала М. С. Горбачеву в октябре 1990 года, а затем и Б. Н. Ельцину в феврале 1992-го подписать в Париже договоры о дружбе и согласии между двумя странами, как тотчас же во Франции возникло «Национальное общество держателей русских акций» в количестве 250—200 тыс. человек. Общество оперативно наняло бригаду адвокатов, и те быстренько подсчитали: Россия как официальная правопреемница Российской империи должна этим держателям с учетом инфляции и набежавших за 75 лет процентов ни мало ни много 240 млрд, франков, или 48 млрд, долларов, то есть в два раза больше, чем сулит российским властям МВФ.

Дело приняло нешуточный оборот. Глава адвокатской бригады Жак Вержес собрал в октябре во французском парламенте пресс-конференцию и объявил план дальнейших действий.

Во-первых, держатели русских акций заручились поддержкой более ста депутатов, то есть почти ’А состава Национального собрания, и те создали парламентскую исследовательскую группу.

Во-вторых, в качестве первого шага по возвращению «царского долга» Жак Вержес предлагает конфисковать… тайные валютные вклады КПСС во французских и других иностранных банках, которые, как он полагает, достигают нескольких миллиардов долларов.

В-третьих, если официальные Москва и Париж откажутся возиться с «деньгами КПСС», держатели русских акций через свое парламентское лобби намерены блокировать выполнение франко-россииских экономических соглашений и проектов, пока в них не будут внесены дополнительные статьи о валютных отчислениях в пользу держателей русских акций. Например, дополнительный налог на все коммерческие операции между Францией и Россией, особый налог на их СП, налоговая надбавка на поставки нефти, газа, леса из России во Францию и так далее.

Более того, адвокаты держателей русских акций планируют увязать предоставление новых кредитов на строительство скоростной линии железной дороги Петербург — Москва с возвратом «железнодорожных займов» 1822–1914 годов.

Нельзя забывать, что экономическая ситуация на Западе и во Франции сегодня не самая блестящая. К тому же республику ждут парламентские и президентские выборы. Используя такую конъюнктуру, держатели русских акций усиливают нажим на парламент, а через него — на правительство. Причем в чисто французской манере. Например, при обсуждении в Национальном собрании бюджета МИД Франции вопрос ставится так: будет МИД бороться за возвращение «царских долгов» — увеличим бюджет, не будет — урежем. Французские держатели русских акций даже создали специальное агентство, которое уже запасается всеми необходимыми архивными финансовыми документами.

Реакция официальных советских, а затем российских властей на все эти попытки французских и иных иностранных держателей ценных бумаг была до последнего времени скептической, в полном соответствии с русской поговоркой: «Что с возу упало, то пропало».

Большевики от своего намерения не платить долги отказались через шесть месяцев после такого декрета. Уже 27 августа 1918 года они заключили с кайзером Вильгельмом тайный «Брест № 2», или так называемые дополнительные финансовые соглашения, по которым обязались поставить в Германию в обмен на ее военный нейтралитет и «закрытие глаз» на убийство в Москве немецкого посла графа Мирбаха 245 тонн 564 килограммов чистого золота в покрытие «царских долгов» до 1914 года.

До 1 ноября 1913 года Ленин успел отправить в Берлин 93,5 тонны — два «золотых эшелона». А в ноябре в Германии началась революция, кайзер бежал, и оба «золотых эшелона» достались… французам. Нынешние держатели русских ценных бумаг его стоимость почему-то не подсчитывают, хотя попало оно в подвалы «Креди Лионнэ», «Париба», «Банк де Франс» и других.

С крахом надежд на мировую пролетарскую революцию и началом нэпа большевики вспомнили как о «золоте кайзера», так и о «золоте Колчака» — 500 тоннах золота, платины, золотой монеты, драгоценных украшений, захваченных «белыми» в августе 1918 года в Казани. Из них около 200 тонн оказались за границей: частью — в подвалах банков Японии, Китая, Чехословакии, Франции, Великобритании и США, а остальное было просто разграблено. Попытки вернуть золото, как известно, предпринимались, но кончались ничем из-за неуступчивости большевистских лидеров.

Сегодня ситуация выглядит так: французы требуют уплаты долгов, а мы — молчим. Почему же у нас, в России, до сих пор нет своего «агентства» по возврату того, что должны стране банки Запада и Востока? Или просить о помощи проще, чем вести переговоры на равных?

Другие меж тем не дремлют. Литва уже вернула себе более двух тонн золота, оказавшегося в 1940 году в подвалах банков Франции. Затем Великобритания возвратила Литве 1 тонну 200 килограммов золота (32 млн. долларов в современных ценах). На очереди — Швеция. От нее еще 1 тонну 250 килограммов ожидают литовские казначеи.

Даже крохотная Албания весной 1992 года вернула из Англии 1 тонну 574 килограмма из того золота, которое похитили у нее нацисты после оккупации страны и которое англичане в 1945 году забрали себе.

И обратите внимание: все это золото Литве и Албании вернули без скандала и суда, мирно и цивилизованно, как только литовцы и албанцы представили документы.

Есть ли такие документы у России? Да, есть. Часть из них публиковалась. В частности, расписка японских военных властей от 22 ноября 1920 года о принятии на «временное хранение» от генерала Павла Петрова 22 ящиков с золотом в слитках и золотой русской монете. Еще больше находится в архивах, и мы знаем, в каких фондах и делах. Например, в архиве Гуверовского института войны, революции и мира (Калифорния, США) существует итоговая опись (1923 г.), составленная от руки Валерианом Ивановичем Моравским, последним министром финансов последнего (1922 г.) «белого» правительства во Владивостоке. Называется она «Русское золото за границей». Это то золото, которое было отправлено Колчаком и атаманом Семеновым, а также царским и Временным правительствами на закупку оружия и амуниции, но осталось неиспользованным. Из данных Моравского вырисовывается следующая картина:

Валютные запасы России, оставшиеся в банках Запада и Востока после 1922 г.

Япония — 10 млн. золот. руб.
— 170 тыс. долл. США — 25 тыс. ф. ст.
— 424 тыс. золот. фр. — 450 тыс. мексик. долл. Гонконг — 44 млн. золот. руб. Нью-Йорк — 27 млн. 227 тыс. долл.
Лондон — 1 млн. 100 тыс. ф. ст. Париж — 22 млн. 500 тыс. золот фр.

Один из экспертов Европейского банка реконструкции и развития приблизительно, с учетом изменения уровня цен на золото и набежавших за 70 лет процентов, оценил все это богатство, и оказалось, что «справка Моравского» тянет никак не меньше, чем на 2 трлн. 4 млрд, долларов, то есть в 80 раз больше, чем сулит нам МВФ.

Причем наши соотечественники за рубежом готовы бороться за возврат золота. Но наши российские демократические власти молчат. Весной этого года руководство Дипломатической академии во главе с ректором Олегом Пересыпкиным направило в МИД России записку. Ее смысл таков: не хватит ли нам побираться на Западе, не побороться ли по примеру прибалтов и албанцев за законно причитающееся державе золото? В ответ — ни гу-гу.

Опробован и другой путь — через новых бизнесменов. Председатель правления акционерного общества «Российское золото» Марк Масарский обратился к Е. Т. Гайдару с предложением: раз чиновникам на золото державы наплевать, поручите это дело нам, бизнесменам. И всего-то нужно две вещи — юридическое поручение от правительства России и государственная страховка на ведение, дела иностранной юридической фирмой, благо они десятками толпятся в приемной у Масарского — только заключай контракт. Разумеется, за проценты от выигранной суммы. Прошло уже несколько месяцев, но Гайдар тоже молчит.

В конце октября записка по этому вопросу направлена первому вице-премьеру Владимиру Шумейко. И вот уже какую неделю тянется ожидание: примет или не примет ее авторов Владимир Филиппович?

Но есть и просвет — зашевелились наши парламентарии. При ратификации российско-французского договора от 7 февраля 1992 года на заседании ВС РФ 4 ноября заместитель председателя Комитета по международным делам и внешнеэкономическим связям Иона Андренов впервые в парламентской практике обратил внимание на проблему русского золота за границей и пожурил МИД за пассивность.

Может быть, и у нас, в Белом доме, следует создать фракцию депутатов, которые, подобно своим французским коллегам, готовы давить на правительство и МИД России, добиваясь возврата или хотя бы зачета при переговорах с МВФ, Всемирным банком и ЕБРР российского золотого запаса?

Ведь, если по самым скромным подсчетам, у России с 1922 года находится за границей около 300 тонн золота, а по современным ценам одна тонна стоит 30 млн. долларов, то, может быть, она зря ходит, как нищенка, по всему миру? А ведь, помимо золота, ей как правопреемнице Российской империи, принадлежит огромная церковная собственность в Греции на Святой горе Афон и в бывшей Палестине. И эта «золотая» недвижимость тоже ждет своего часа, государственных людей…

«Независимая газета» 14 ноября 1992 года