October 14

Россия закрывает свои границы

5 ноября российский парламент принял решение установить режим Государственном границы России с Эстонией, Латвией и Литвой. Ситуацию на этом и других рубежах бывшего СССР комментирует начальник управления охраны Государственной границы штаба пограничных войск РФ полковник Александр БАРАНОВ.

Парадокс сегодняшней ситуации с нашими пределами состоит в том, что ни профессионалы-пограничники, ни ученые мужи-правоведы не могут дать четкое определение понятия «Государственная граница России». Во всяком случае, российских правовых актов, кроме только что принятого решения парламента, определяющих, что это такое, а также права и обязанности людей в зеленых фуражках, режим границы и многое другое, чем руководствовались прежде погранвойска, пока нет. Как нет и утвержденной стратегии в охране российских рубежей, а значит, сколько-нибудь конкретных перспектив в ее организации.

Что же происходит сегодня на бывших границах Советского Союза и новых, возникших, так сказать, де-факто? Что думают о них профессионалы, чего они
ждут от политиков?

Как ни разноцветна политическая палитра в ближнем зарубежье, полковник Бараков и его коллеги констатируют: Россия имеет сегодня несколько типов границ. К первому они относят те, что совпадают с рубежами бывшего Союза, большая часть которых закреплена в международных договорах. Ко второму — административные, не оформленные еще как государственные, границы со странами СНГ. И, наконец, такие, что разделяют Россию и государства, не вошедшие в Содружество.

При общих сложностях на границах всех типов, о которых немало сообщали средства массовой информации, есть и заметная специфика. Как известно, для Закавказья и Таджикистана характерны контрабанда оружия, силовое давление на пограничников, шантаж, угрозы, попытки подкупа, а то и блокирование застав, вооруженные нападения на них. Для границ с Балтией — незаконный и практически бесконтрольный вывоз из России сырья, дефицитных
товаров. Дисбаланс вывоза и ввоза таков, что «туда» отправляется грузов в 21 раз больше, чем «оттуда».

Яснее всего теперь пограничникам видится будущее границ с Литвой, Латвией и Эстонией. Именно этим рубежам предстоит стать полноценной государственной границей. Выведенные из Балтии (уже на 60 процентов) погранвойска становятся
по линии административного деления России и бывших союзных республик. Похоже, утверждает полковник Баранов, режим «закрытой» границы суждено ^установить с Грузией и Азербайджаном, хотя в первом случае этому мешает позиция Чечни, а во втором — Дагестана, в связи с неурегулированностью «лезгинского вопроса». На юге к охране границ СНГ приступают погранвойска Казахстана и республик Средней Азии, а российским в Таджикистане отведен
тот участок, что граничит с Афганистаном. Но повсюду, где россиян вытесняют национальные формирования, внешние рубежи Содружества уже не закрыты «на ключ». В результате только за 1991 год выделено более 6 тысяч попыток граждан
третьих стран нелегально проникнуть через Россию в Восточную и Западную Европу.

Пограничники отдают себе отчет, что административное деление бывшего СССР достаточно условно, проводилось без принятых в международной практике делимитации и демаркации. Потенциально оно спорно, но другой юридической основы для территориального размежевания, увы, нет. Понимают в погранвойсках, что резать придется по-живому, разрушая исторически сложившиеся связи «своего» и «чужого» населения. И предлагают политикам установить на каждой границе такой режим, чтобы не препятствовать добрососедским отношениям стран и транспортному сообщению.

Что до погрешностей административного деления, то, по мнению полковника Баранова, линию госграницы заинтересованные стороны должны постепенно уточнить на переговорах. Однако он допускает, что из-за давних и новых территориальных претензий к России возможно их блокирование или затягивание. В этом случае, считают в погранвойсках, следует обустраивать госграницу, переходя от облегченного режима ее охраны к усиленному. Прежде всего там, где сопредельные страны не захотят или не смогут блюсти свои внешние рубежи так, как это было в СССР.

Устанавливать госграницу, считает полковник Баранов, прилетая поэтапно. Сначала силами МВД и таможни перекрываются каналы перемещения крупных партий грузов по железной дороге, воздуху, воде и автодорогам. Потом создается необходимая инфраструктура океаны границы и таможенного контроля.

И, наконец, полномасштабный и повсеместный паспортный и таможенный контроль. Правда, уточняет Александр Николаевич, главное назначение такого рубежа — охрана экономических интересов России, а не глухое отгораживание от мира, как бывало в прежние времена.

Пока же при «прозрачности» большей части границ России пограничники видят особые трудности в согласовании режима охраны внешних рубежей государств, имеющих собственные погранвойска: Беларуси, Украины, Азербайджана и Казахстана, а также тех стран, что не граничат с нами, — Молдовы, Туркменистана и Узбекистана.

Промедление с решением этих проблем чревато, считают пограничники, не только политическими и социальные» осложнениями в России и сопредельных странах, но и трудностями в самих погранвойсках. Люди, особенно в «Горячих точках», дезориентированы, они не знают теперь, для чего остаются, например, в Абхазии. В силу тамошней военной ситуации акценты в их службе смещены
от собственно охраны границы к защите самих себя и Казенного имущества. И как долго продлится неопределенность, не знает никто. Надежды быстро получить ответы от политиков пока нет…

«Известия» 6 ноября 1992 года