June 24

«Известия» готовы подчиниться закону, но не прихоти законодателя

В пятницу вечером российский парламент принял постановление по нашей газете. В первом пункте предписано впредь «Известия» считать «Известиями Советов народных депутатов Российской Федерации». Даже если бы редколлегия захотела выполнить это предписание, она не могла бы этого сделать, не нарушив закон, принятый тем же парламентом.

Изменить статус газеты, согласно Закону о печати, то есть переименовать ее, как того требует постановление, вправе лишь учредитель (в данном случае журналистский коллектив газеты); орган, зарегистрировавший издание, в случае нарушения порядка регистрации; суд после рассмотрения соответствующего иска, если такой будет.

Ни одного из указанных оснований для изменения статуса газеты нет.

Кстати, в августе 1991 года никому и в голову не пришло возражать против перерегистрации газеты, в том числе и тогдашнему учредителю. Во время пятничных дебатов высказывалась мысль о реституции, т. е. о возврате к исходному положению в споре. Тогда пришлось бы нашу газету именовать «Известия Советов народных депутатов СССР». Какая-то буквоедская логика, может, в этом и есть. Но нелепость настолько очевидна, что предложение это не приняли во внимание. Отказавшись от нелепого, приняли постановление противозаконное.

Но было бы неверным ограничиться констатацией этого факта и заявлением о невозможности выполнить противозаконное постановление. Оно же появилось, это постановление, не в тиши бюрократического кабинета, а вполне демократично, путем открытого голосования. И вот это последнее обстоятельство особенно должно тревожить избирателей.

Отдельные депутаты, парламент в целом вполне могут конфликтовать с газетой, с правительством, с партийной фракцией, общественным движением; одна палата может даже конфликтовать с другой. Это все в пределах и нормах демократии.

Но когда законодатель вступает в конфликт с им же принятым законом, когда законодательная власть не хочет считаться с правом, — это свидетельство серьезного кризиса демократической государственности.

А такой кризис явственно обозначился за частным конфликтом спикера парламента и части его поддерживающих депутатов с газетой. Во время дебатов по «Известиям» здравомыслящие депутаты не раз и не два настоятельно просили своих коллег не вторгаться в прерогативы другой ветви государственной власти, передать это дело в суд, который только и вправе поставить точку. Это была постановка вопроса уже не об «Известиях», а о пределах (или о беспределе) власти парламента при демократическом режиме. Увы, парламентарии большинством голосов отвергли правовой путь.

Средства массовой информации не раз упрекали депутатов российского парламента в’ незнании азбуки демократии и государственности. Это серьезное, но все же поверхностное обвинение. Всё отлично знают и понимают российские депутаты, а тем более Р Хасбулатов. Но не могут отказаться от принципа: раз мы власть, значит, нам позволено все. Этот стереотип мышления не смог преодолеть союзный парламент, не удается это и народным избранникам Российской Федерации.

И последнее. Средство поддержать свой престиж многие депутаты видят в изобретении новых и новых законопроектов, ограждающих народных представителей от критики, в агрессивности своих актов и действий. Но не пора ли понять российским парламентариям, что не там они ищут? Что самой верной опорой и самой надежной защитой конституционных органов власти суть — независимый суд, свободная пресса и точное выполнение принятых законов?

«Известия» 20 июля 1992 года