June 14

Дело ГКЧП: Освобождение Василия Стародубцева - новый поворот в расследовании?

По решению следователя, санкционированному Генеральным прокурором России Валентином Степанковым, освобожден из-под стражи еще один обвиняемый по делу ГКЧП — Василий Стародубцев. Ему предписано покинуть Москву и ехать к себе домой в Тульскую область, откуда по условиям подписки о невыезде В. Стародубцев не должен отлучаться без разрешения следственных органов.

Напомним: В. Стародубцев уже третий по счету обвиняемый, покинувший «Матросскую тишину». Раньше оттуда вышли В. Болдин и В. Грушко. Последние, однако, освобождены из-за резко ухудшившегося здоровья и невозможности лечения в условиях следственного изолятора. Мотивы же изменения меры пресечения В. Стародубцеву иные, что дает основание говорить о новом повороте в деле.

Если верить хорошо информированным источникам, близким к Генеральному прокурору РФ, на которые ссылается агентство «Интерфакс», то освобождение Стародубцева вызвано тем, что он первым (выделено мной.— В. Р.) из всех обвиняемых, еще полтора месяца назад, ознакомился со следственным делом. Другие обвиняемые, передает агентство, продолжают изучать дело, поэтому вопрос об их освобождении не рассматривался. Вместе с тем прокуратура не ставит под сомнение обоснованность предъявленного Стародубцеву обвинения в заговоре с целью захвата власти. Впрочем, эти довольно туманные формулы ничего не говорят непосвященному читателю и требуют комментария.

Сразу оговорюсь: я ни в коей мере не ставлю под сомнение гуманный по нынешним временам шаг следствия — освобождение Стародубцева из-под стражи. Освободили — и, как говорится, на здоровье. Но интересы дела заставляют критически разобрать новый поворот в расследовании.

Освобождение из-под стражи по причине ознакомления с делом в следственной практике встречается крайне редко и, как правило, свидетельствует о том, что в суд оно не пойдет, а производство по нему в ближайшее время будет прекращено. В таком случае, естественно, отпадает необходимость держать человека в тюрьме.

Другой вариант: планируется предъявить новое обвинение, не столь тяжкое (а это один из существенных поводов к аресту обвиняемого), как прежнее, что в той же степени, естественно, влечет изменение ранее избранной меры пресечения. При обычном течении событий ни один следователь не рискнет проявить гуманность накануне направления дела в суд. Ибо, по неписаным правилам «социалистический законности» (а именно по этим правилам, как свидетельствуют многочисленные факты, которые мы приводили в предыдущих заметках, и расследуется дело ГКЧП), подобный шаг расценивается как неуверенность следствия в предъявленном обвинении, ненадежность доказательств предполагаемой вины.

Если бы Стародубцев проходил по делу один, то его исход с учетом более чем девятимесячного содержания обвиняемого под стражей с большой долей вероятности был бы один — прекращение. А заявление прокуратуры о несомненности в предъявленном ему обвинении можно было бы отнести к тактической уловке. Но в том-то и дело, что Стародубцев — не один. К тому же он — не единственный, кто уже прочитал все 125 томов следственных документов. Давно уже ознакомились с делом Г. Янаев, В. Варенников и другие. Освободили же только В. Стародубцева. Почему? Однозначного ответа дать не берусь. Слишком много сегодня обнаруживается лиц, желающих, кроме следователей и Генерального прокурора РФ, поучаствовать в определении судьбы членов ГКЧП. Слишком политизирована обстановка вокруг дела, чтобы делать прогноз на основании только правил уголовного процесса. Поэтому выскажу лишь версии.

Версия первая. «Матросскую тишину» Стародубцев покинул благодаря хорошо организованной и многочисленной группе лоббистов. Ни один из членов ГКЧП не имеет столь мощной поддержки, как он. По крайней мере, высказывания в его защиту вице-президента А. Руцкого, ходатайство об изменении меры пресечения В. Стародубцеву, подписанное 276 народными депутатами России и направленное их коллеге по депутатскому корпусу, Генеральному прокурору РФ, впечатляют. Тем более что они, российские депутаты, напомнили российскому прокурору: согласие на арест народного депутата СССР в спешке давал Президиум Верховного Совета несуществующего уже государства. Освобождение Стародубцева по этой версии выглядит событием сугубо индивидуальным, не отразящимся на судьбе дела ГКЧП. И оно обязательно будет направлено в суд, как об этом подчеркнуто часто заявляет Генеральный прокурор РФ.

Версия вторая. Если верить российскому Генеральному прокурору о доказанности предъявленного обвинения всем членам ГКЧП и группе их активной поддержки именно в заговоре с целью захвата власти, то естественной выглядит его убежденность в перспективе судебного рассмотрения дела ГКЧП. Преступление-то тяжкое, такое не прекратишь! И при въевшейся в нас привычке рапортовать к определенным датам понятно будет его вольное или невольное желание быстрее направить дело в суд — скоро годовщина провалившегося путча, к которой уже готовятся политические мероприятия. Вот и руководитель следствия А. Фролов публично упрекает обвиняемого А. Лукьянова и адвоката Г. Падву в неспешной работе по делу.

Но у обвиняемых и их адвокатов другая задача — тщательно подготовиться к плакируемому прокуратурой судебному процессу. У них график другой, не круглыми датами определяемый. Вот и читают до сих пор дело. Месяца два назад, правда, с подачи следователей прошел среди слецузников «Матросской тишины» слух: тех, кто быстро прочитает депо и подпишет заключительный документ, — освободят. Некоторые заторопили своих адвокатов. Но — не все. Хладнокровные не поддались — продолжают изучать дело по собственному графику. Интересно, как они поведут себя сейчас, когда Стародубцев освобожден с формулировкой — первым (выделено мной — В. Р.) изучил дело. Если эта версия верна, то мы в очередной раз сталкиваемся с грубым нарушением уголовного процесса при расследовании дела ГКЧП — давлением на обвиняемых и их адвокатов.

Версия третья. Позволим себе не согласиться с убежденностью прокуроров об обоснованности избранной ими формулы обвинения всех по одной статье — заговоре с целью захвата власти. Не только здравый смысл, но и теория, практика уголовного права говорят: здесь у следователей возникают почти что непреодолимые препятствия, которые на одном прокурорском энтузиазме не преодолеешь. Есть, правда, «жесткий» вариант выхода из ситуации — попытаться распределить роли. Одних представить заговорщиками-подстрекателями других
— организаторами, третьих — пособниками. Или более «мягкий» — одних оставить заговорщиками, других обвинить в превышении и злоупотреблении служебными полномочиями. В любом случае новый расклад по делу предполагает и дифференцированный подход к мере пресечения. При таком исходе Стародубцев — первый кандидат на новую роль и освобождение из-под стражи.

Наконец, версия четвертая. По делу примут не юридическое, процессуальное решение, как утверждал до сих пор В. Степанков, а политическое. Аргументов тут два, но крайне весомых. Во-первых, при освобождении Стародубцева прозвучало неизвестное до сих пор личное письмо президента России Бориса Ельцина Генеральному прокурору РФ Валентину Степанкову с предложением решать из соображений гуманности и гражданского согласия. Не ясно, правда, касается этот явно политический призыв одного Стародубцева или других членов ГКЧП тоже. А значит, и всего дела в целом. Во-вторых, на ближайшее время планируется встреча адвокатов с руководством Верховного Совета, на которой будет передано коллективное прошение об изменении меры пресечения всем обвиняемым по делу ГКЧП. Так что, зная характеры президента, спикера и членов нашего парламента, можно предположить неожиданные решения.

* * *

Как сообщил наш корреспондент Арнольд Пушкарь, Василий Стародубцев сразу же приступил к работе как председатель агрообъединения «Новомосковское» и колхоза имени Ленина.

— Хозяйства, как я и предвидел, оказались в тяжелейшей состоянии. Катастрофа надвигается на животноводство…

— Намерены ли Вы заниматься делами Аграрного союза России?

— Я не оставляю своего места в этом союзе, но буду заниматься там не политикой, а лишь крестьянским вопросом. Думаю обратиться со своими предложениями к президенту России Ельцину.

— Что Вы скажете в связи с публикацией в «Огоньке» о финансовых аферах московских коммерческих структур, связанных с вашим АПО?

— В тех структурах было много влиятельных лиц, в том числе из МВД и КГБ бывшего СССР. Сами же мы не попользовались оттуда даже копейкой…

Валерий РУДНЕВ,

«Известия» 8 июня 1992 года