June 5

Гавриил Попов подает в отставку с поста мэра Москвы

Приняв решение «прекратить работу в качестве мэра города Москвы», Гавриил Попов мотивировал его исключительной важностью переживаемого Россией момента и необходимостью «сосредоточения всех демократических сил и их руководителей на решении общероссийских проблем». Лично он собирается посвятить себя работе прежде всего в качестве председателя Российского движения демократических реформ, которым он избран на съезде РДДР в январе 1992 года.

Пост мэра Г. Попов занял всего год назад. Так что у него было в запасе еще четыре года, чтобы попытаться сделать Москву образцовым, уже не коммунистическим, но демократическим городом. Известны усилия, которые с разной степенью успеха или неудачи предпринимал мэр в этом отношении и которые вызывали у москвичей, как говорится, неоднозначную реакцию, нередко не разделяемую депутатским корпусом столицы.

Тем не менее Москва, как и Санкт-Петербург, во многом служили как бы масштабными полигонами, где отрабатывались модели управленческих и хозяйственных демократических реформ. «Двухлетняя относительно устойчивая ситуация в Москве, — считает Г. Попов, — обусловлена в значительной степени тем, что при поддержке президента была усилена исполнительная власть, которая использовала предоставленные дополнительные полномочия для ускорения приватизации и реализации мер социальной защиты москвичей».

Не все, конечно, в полной мере согласятся с этим утверждением, но вот данные статистики (их тоже приводит Г. Попов в своем заявлении): из всех приватизированных Россией предприятий и квартир почти половина приходится на Москву. И все же, как справедливо отмечает он, в отдельно взятом городе — даже таком, как Москва, нельзя построить не только образцовую витрину социализма, но и социально ориентированную рыночную экономику.

Выходит, не добившись решающих перемен к лучшему в рамках одного города и даже не спросив разрешения избравших его москвичей, Гавриил Попов решает оставить своим верным соратникам московское хозяйство, чтобы сосредоточиться самому уже исключительно на политическом поприще.

Разумеется, мы имеем дело отнюдь не с рядовым фактом, не с очередным переходом одного из видных руководителей на другую работу, не с примитивным понижением или повышением в должности. И уж тем более не с капризом бывалого политического бойца. Попов, в конце концов, далеко не ординарная фигура в российском демократическом движении, чтобы, любой его «резкий шаг» носил чисто личный характер. В данном случае, скорее всего, он свидетельствует о неких процессах, происходящих в недрах всего движения.

В любом случае, у демократически настроенных москвичей эта отставка вызовет двойственное чувство. С одной стороны, все разумные люди понимают, что существует стратегия развития российского демократического процесса. Демократам приходится думать не только о сегодняшнем, но и о завтрашнем дне самой демократии. Стало быть, с дальним прицелом производить перегруппировку сил, укрепляя «наиболее подготовленными» кадрами наиважнейшие участки даже за счет ослабления важных.

Движение демократических реформ действительно нуждается в том, чтобы его возглавлял не человек-символ, а реально действующий в этом качестве серьезный политик. Поскольку на сегодняшний день в вопросе консолидации сил оппозиция опережает демократов.

Но, с другой стороны, Москва — слишком важный плацдарм демократии, чтобы при любых условиях решаться его ослабить. А может, действительно другого выхода нет? Может, уход Попова еще и еще раз напоминает всем нам о тех временах, когда говорили: нет альтернативы Горбачеву; когда, чуть позже, стали повторять: нет альтернативы Ельцину. Напоминает о том, как же мало значительных политических лидеров по-прежнему выходит у нас на политическую арену и в демократическом лагере. Тогда, значит, вновь дает о себе знать унаследованная демократами от коммунистических руководителей страсть к совмещению высших и просто высоких должностей. Одни и те же — на всех постах. И когда приходится отказаться хотя бы от одного, сразу же возникают проблемы…

Альберт ПЛУТНИК

«Известия» 6 июня 1992 года