April 3

«Частичная отставка» Гайдара вызывает некоторую нервозность

Вечером 2 апреля многие были буквально огорошены сообщением о том, что Борис Ельцин подписал Указ об отставке Егора Гейдара с поста министра финансов.

Где-то в информационной буре потерялись последние слова этого сообщения, и в одном из выпусков теленовостей прозвучало известие об отставке Гайдара без уточнения, что он лишился только одного из своих постов, и не самого главного. В таком же урезанном виде эта новость несколько часов владела и зарубежной аудиторией, в том числе и той, которая именно в эти дни и часы обсуждает сроки и размеры финансовой помощи реформам, осуществление которых непосредственно связано с именем Ельцина и Гайдара. И если первый отказывается от второго, то не означает ли это и отказа от самого курса?

В пояснениях, исходящих из аппарата Гайдара, присутствуют два главных тезиса: это решение не имеет под собой политической подоплеки, и освобождение первого вице-премьера от рутинных обязанностей министра финансов поможет ему более основательно заниматься вопросами экономической стратегии.

Место Гайдара в Минфине занял его первый заместитель Василий Барчук. Ему 51 год, практически вся его профессиональная деятельность связана с минфинами — России, Союза. В последнем он был начальником бюджетного управления, затем заместителем министра финансов СССР. Это обстоятельство не помешало, однако, Гайдару пригласить его в новое правительство на важнейший, фактически министерский пост. Практически он единственный из старого союзного аппарата, кто получил подобное предложение. Знающие Барчука характеризуют его как сторонника жесткой фискальной политики, способного устоять перед самыми грубыми или слезными просьбами о деньгах. В то же время высказываются опасения относительно того, что новому министру не хватит смелости пойти в необходимых случаях на риск, без которого трудно проводить реформы.

Сам Гайдар никак не прокомментировал случившееся, поэтому о том, насколько это соответствовало его личному желанию, можно только строить догадки. Обязательно ли для общей координации реформы надо снимать с себя обязанности министра финансов? Понятно ведь, что и в прежнем суперминистерстве экономики и финансов основную нагрузку по оперативному управлению этими ведомствами несли его заместители — Андрей Нечаев и Василий Барчук.

В совмещении постов вице-премьера, отвечающего за реформы, и министра финансов есть определенная символика. Их совмещал Лешек Бальцерович в Польше, их совмещает Вацлав Клаус в Чехословакии, да при этом еще является и лидером Гражданской демократической партии. Не зря радикальные реформаторы не выпускают из-под своего непосредственного контроля ключевое ведомство — финансы. Конечно, можно сказать, что масштабы и характер задач в России чувствительно отличаются от того, с чем приходится иметь дело в Восточной Европе, но как-то это не очень убеждает. Гайдар, отказавшись от поста министра финансов (или согласившись с таким предложением, не от него исходящим), потерял выгодное сопоставление с известными реформаторами.

Он, правда, оставил в Минфине своего человека — Андрея Вавилова, молодого экономиста, ставшего известным после появления программы «500 дней», одним из авторов которой он был. Вавилов назначен первым заместителем Барчука с таким, вероятно, расчетом, что соединение опытного и прижимистого бюджетника с энергичным радикалом даст коктейль нужной кондиции.

Но как бы то ни было, серия перестановок и отставок в правительстве свидетельствует, что Борис Ельцин, возможно, хочет таким образом утолить «жажду крови», которой полыхает определенная часть парламента. И только что объявленная отставка Геннадия Бурбулиса с поста первого вице-ремьера, сыгравшего ключевую роль в формировании нынешней команды, подкрепляет эту гипотезу.

Подобные жертвы могут существенно ослабить позиции самого Ельцина и дать эффект, обратный ожидаемому. Кроме того, парламентская оппозиция может не удовлетвориться малой кровью и потребовать отстранения ключевых министров: Андрея Нечаева (Минэкономика), Петра Авена (Комитет по внешнеэкономическим связям) и некоторых других. Гайдар же силен именно командой.

Другая «домашняя заготовка» парламента — заставить выступать с докладом о ходе экономической реформы Ельцина, чтобы сделать его мишенью для обязательных в таких случаях нападок, что уже само по себе поможет настаивать на лишении президента дополнительных полномочий. Руслан Хасбулатов уже даже подписал постановление Президиума Верховного Совета, в котором прямо записано: «Предложить выступить с докладом на Съезде Б. Н. Ельцину». Р. Хасбулатова не смущает то обстоятельство, что Президиум ВС фактически отдает распоряжение главе государства, всенародно избранному президенту, который, при всем уважении к спикеру, не находится у него в подчинении.

Уже никем не скрываемое противоборство исполнительной и законодательной власти входит в драматический момент, за которым должна последовать развязка. Если Кабинет переживет сто дней реформы (9 апреля), то будем считать это хорошей приметой.

«Известия» 4 апреля 1992 года