March 17

Литовское дело ведет в «Матросскую тишину

Визит литовских следователей в «Матросскую тишину», казалось, должен был поставить точку в «деле 13 января». Однако он лишь обозначил завершение очередного этапа следствия по делу о попытке государственного переворота в Литве. Каких-либо конкретных свидетельских показаний членов ГКЧП, некоторые из которых, как известно, были причастны к январским событиям, посещение не принесло. Почему?

Впрочем, и отсутствие результата — тоже результат. По крайней мере следователи уточнили позицию «гекачепистов» по отношению к проблеме дачи показаний. Между тем их показания чрезвычайно важны для литовской прокуратуры, так как могли бы пролить дополнительный свет на обстоятельства операции, задуманной в свое время в московских верхах. Установить в деталях механизм принятия решений, которые затем столь бездарно и кроваво были осуществлены в ходе штурма телецентра и телебашни непосредственными исполнителями. Да и сам план, кстати, судя по имеющимся в распоряжении «Известий» сведениям, отличался политическим дилетантизмом и неумением элементарно проанализировать общественно-политическую ситуацию в Литве, что и привело к трагическим последствиям.

— Никто не снимает вины с тех, кто решил участвовать в этой авантюре и бездумно выполнял план январской операции, — говорит главный прокурор департамента по расследованию преступлений при Генеральной прокуратуре Литовской Республики Юозас Гаудутис. — Но они — лишь пешки в большой политической игре, которая столь неудачно была придумана в кабинетной тиши ЦК КПСС, КГБ, МВД и МО СССР. С последних — главный спрос. Это с их ведома на вильнюсских улицах (как и в августе в Москве) разъезжали танки и бронетранспортеры, по их приказу убивали людей. Хотя, конечно, они не настолько наивны, чтобы отдавать на этот счет прямые распоряжения. Но эти люди прекрасно понимали, к какому кровопролитию может привести их план. Так что показания бывших руководителей СССР для нас, повторю, очень важны. Теперь же они наверняка станут перекладывать ответственность на плечи Усхопчика, Белоуса, Цаплина и других. Мол, вот — главные фигуры. Однако почти все материалы следствия сводятся именно к такой четверке — В. Варенников, В. Крючков, О. Шенин и Д. Язов. К сожалению, все наши попытки допросить их оказались безуспешными. Кстати, опасность перенесения основного груза ответственности на чужие плечи уже успел заметить и бывший первый секретарь ЦК КПЛ М. Бурокявичюс. «Нельзя отождествлять политическую ситуацию и деятельность КПЛ, — пишет он в письме в литовскую прокуратуру, — с необдуманными действиями лиц, действовавших или действующих от ее имени, и за их незаконные действия (если таковые были) я не принимаю на себя юридической ответственности».

Правда, остается открытым вопрос: почему ЦК КПЛ в тот момент не противодействовал этим «необдуманным действиям»? Более того, их подталкивал и даже направлял по нужному ему руслу… Ясно другое: никто не желает быть «крайним» в январской авантюре. Вот и Язов в «Матросской тишине» заявляет следователям из Литвы, что в Вильнюсе он не был, а послал туда своего зама Ачалова. Дескать, с него и спрашивайте…

Одним словом, «московский след» по-прежнему остается до конца не расследован. Командировка в столичную тюрьму Ю. Гаудутиса лишь подтвердила это. По его впечатлению, появление литовских следователей в «Матросской тишине» вызвало у всех четверых шоковое состояние, правда, выразившееся в различных эмоциональных формах. Так, наиболее нетерпим и категоричен, по словам Ю. Гаудутиса, был Варенников. Он безапелляционно заявил: никаких показаний давать не намерен, однако российской прокуратуре, если потребуется, может предоставить необходимую информацию.

Наименее агрессивен был Язов. Согласившись вначале побеседовать с представителями Литвы, он затем изменил свое решение, мотивируя тем, что ему необходимо посоветоваться с адвокатом. Естественно, адвокат посоветовал ему не общаться с прокуратурой Литвы… Вне сомнений, это общение для маршала было бы крайне неприятным — пришлось бы отвечать на непростые вопросы, например: что заставило его задолго до января 91-го помечать в своей записной книжке: «Быть готовым взять телецентр», «Бурокявичюс будет помогать», упоминать фамилию Сакалаускаса, предсовмина Литовской ССР, чью историю экстренного вызова из Мозамбика в Москву и Литву «Известия» уже рассказывали.

И бывшему секретарю ЦК КПСС О. Шенину пришлось бы объяснять причины своих частых визитов в Литву летом и осенью 90-го года, осуществлявшего, как считают в литовской прокуратуре, политическое обеспечение заговора. Теперь он тоже отказывается от дачи показаний. Во время визита Ю. Гаудутиса в тюрьму он заявил, что нужные сведения он уже сообщил российской прокуратуре и что-либо существенное добавить не может.

Той же тактики придерживался и В. Крючков. Как истинный знаток права, он подчеркнул: беседа может состояться только после подписания между Литвой и Россией договора о правовой взаимопомощи.

Таким образом, поездка в «Матросскую тишину» оказалась для литовского следствия скорее экскурсионной, нежели принесла практический результат. И это — закономерно. Не так уж и неправ бывший главный чекист страны: пока лишь существуют проекты договора между двумя странами в области семейного, гражданского и уголовного законодательства. Но когда они будут подписаны — никто толком сказать не может. А между тем эта проблема становится чрезвычайно болезненной не только для Литвы и России, но и для всех республик бывшего СССР. По словам Ю. Гаудутиса, под надзором которого находятся и другие уголовные дела, криминогенная ситуация в республиках бывшего СССР грозит стать бесконтрольной. Сегодня преступники ловко пользуются правовым беспределом в отношениях различных государств СНГ. Для них границы действительно «прозрачны». Убийства совершаются на территории, скажем, Литвы или России, а преступники укрываются в своих республиках. Они пользуются несогласованностью действий следователей из разных республик, не имеющих в новой ситуации правовой «крыши» для проведения оперативных, взаимосогласованных следственных действий. Если подходить формально, то без того же договора о правовой помощи или, например, соглашения о выдаче преступников они могут, совершив преступный вояж к соседям, пребывать в относительной безопасности. Как выдать их другой стороне? На каком юридическом основании?

— Существуют два выхода из этой ситуации, — считает Ю. Гаудутис. — Или ждать, пока между двумя республиками будут заключены соответствующие соглашения, или судить заочно. К проведению суда мы практически готовы: осталось лишь уточнить сумму ущерба, составить заключение медицинских экспертиз, перепроверить некоторые свидетельские показания, ну и главное — окончательно решить вопрос с выдачей. Тут нужна ясность…

«Известия» 18 марта 1992 года