March 8

Планы Пентагона: У США не должно быть соперников в мире. Ракеты по-прежнему нацелены на Восток

Те страны СНГ, которые обладают ядерным, химическим, биологическим и другими видами оружия массового уничтожения, должны быть готовы к тому, что Соединенные Штаты могут нанести по ним превентивный удар, дабы предотвратить распространение этих вооружений. Такая возможность — пока чисто теоретическая — касается и любых других государств, которые, по мнению Вашингтона, имеют потенциал для разработки или для использования средств массового поражения.

Обо всем этом идет речь в 50-страничном пентагоновском документе, который снабжен грифом секретности, но который тем не менее был передан для публикации газете «Нью-Йорк таймс». В документе, который готовился Пентагоном в консультациях с президентом Бушем и его ближайшими советниками, содержатся директивы планирования в сфере обороны на период с 1994 по 1999 год. Директивы еще не утверждены окончательно, они еще будут согласовываться между высшими представителями различных федеральных ведомств, но общая направленность их достаточно ясна.

Эту направленность газета сформулировала заголовком, которым она сопроводила в воскресенье подсобное изложение пентагоновского документа: «Стратегический план Соединенных Штатов призван не попустить появления соперников. Мир, в котором только одна супердержава».

«Первейшая наша цель, — подчеркивается в директивах, которые официально будут обнародованы Пентагоном в течение месяца, — заключается в том, чтобы предотвратить возникновение такого противника — будь то на территории бывшего Советского Союза или где-либо еще, — который представлял бы угрозу, схожую с той, что исходила от СССР. Мы должны помешать тому, чтобы какая бы то ни было сила доминировала в каком бы то ни было регионе, ресурсы которого достаточно велики, чтобы этой силой мог быть обретен статус глобальной державы». Перечень регионов включает Западную Европу, Восточную и Юго-Западную Азию, территорию бывшего Союза. Упоминаются также Средний Восток, Латинская Америка, Африка к югу от Сахары.

А что еще остается? Да практически ничего…

Иными словами, нигде в мире, с точки зрения пентагоновских стратегов, не должно быть соперников, которые могли бы претендовать на статус сверхдержавы, на равенство с Соединенными Штатами.

Хотя в директивах и делаются намеки, что бывший СССР может, мол, вновь стать глобальным противником Америки, пентагоновцы прекрасно понимают, что шансов на это почти никаких. «Даже в том крайне маловероятном случае, когда какое-либо будущее руководство бывшего Советского Союза задастся стратегической целью восстановления утраченной империи или будет как-то по-иному угрожать нашим глобальным интересам, утрата союзников по Варшавскому пакту, продолжающийся распад военного потенциала оборачиваются тем, что путь к этой цели потребует для начала многих лет стратегической и доктринальной переориентации, которая в свою очередь станет возможной только после затяжного процесса политической перегруппировки и возвращения к агрессивному и авторитарному политическому и экономическому контролю».

Наилучшая гарантия того, что «никакая враждебная сила не сможет сконцентрировать в своих руках ресурсы бывшего Союза и тем самым вернуть себе потенциал для глобальных действий», это, по мнению составителей директив, — «поддержка попыток стран СНГ и, в особенности, России и Украины стать мирными демократиями с рыночной экономикой. Демократическое партнерство с Россией и другими республиками будет для Соединенных Штатов наилучшим вариантом».

Но допуская чисто гипотетически возможность возрождения советского экспансионизма, пентагоновцы считают необходимым «планировать защиту Восточной Европы от такой угрозы».

Как убежден Пентагон, «в обозримом будущем США должны сосредоточить свое внимание на способности России и других республик демилитаризоваться; на конверсии их военной промышленности; на уничтожении — или, если брать Россию, — радикальном сокращения ядерных арсеналов; на обеспечении жесткого контроля над ядерными вооружениями и на предотвращении утечек в другие страны совершенной военной технологии».

Вместе с тем, несмотря на «позитивные события в странах бывшего СССР», стратегическое ядерное оружие Америки, сообщается в директивах, по-прежнему будет нацелено на «ключевые объекты бывшего советского военного истеблишмента, на все те объекты, которые представляют наибольшую ценность для нынешних и будущих российских лидеров или других ядерных противников». Россия, напоминают авторы директив, «остается единственной силой в мире, имеющей потенциал для уничтожения Соединенных Штатов».

Что касается потенциальной угрозы глобального соперничества, то в директивах имеется в виду, конечно же, нс СНГ, а Германия, Япония и ряд других стран, которые все основательнее стараются отстаивать собственное влияние и авторитет в мире. Пентагоновские стратеги явно выдают желаемое за действительное, когда говорят в преамбуле директив, что окончание холодной войны отмечено «интеграцией Германии и Японии в руководимую Соединенными Штатами систему коллективной безопасности». Если б это на самом деле было так, то буквально несколькими абзацами позже не выражалась бы явная обеспокоенность тем, что одним из ключевых результатов создания единой Европы может стать «появление таких договоренностей в сфере безопасности, которые предусматривали бы только европейское участие».

Не выражалась бы и обеспокоенность тем, что при некоторых обстоятельствах «Германия и Япония, равно как и другие промышленно-развитые страны, поддадутся искушению овладеть ядерным оружием… Это поставит их на путь к глобальному соперничеству с Соединенными Штатами и в случае возникновения кризисной ситуации — к соперничеству военному».

Нельзя не обратить внимания, что пентагоновские директивы содержат, как выразилась «Нью-Йорк таймс», «наиболее четкое — из всех, что когда-либо звучали, — отрицание коллективного интернационализма», то есть отрицание в первую очередь стратегии зависимости от решений и действий ООН. «Бушевская администрация, — напоминает газета, — заявляла публично, что готова действовать в рамках ООН, но что она сохраняет за собой право на односторонние акции — в случае, если такая потребность возникнет, — для защиты американских интересов… Директивы же рисуют такой мир, в котором есть только одна господствующая военная держава, чьи лидеры «обязаны обеспечивать механизм удерживания потенциальных соперников просто даже от мысли о претензиях на более крупную региональную или глобальную роль».

Часть этого механизма — американские вооруженные силы, численность которых, как следует из директив, предполагается на уровне в 1,6 млн. человек и на содержание которых в пятилетний период, покрываемый пентагоновским документом, планируется израсходовать около 1,2 триллиона долларов.

«Известия» 9 марта 1992 года