February 22

Наводка на резкость

Пресс-конференция московских властей по поводу митингов 23 февраля

Отчет о пресс-конференции московской мэрии и городского управления внутренних дел по поводу митингов и манифестаций 23 февраля надо бы, конечно, показывать, а не перелагать словами, сколь бы стенографически точны они ни были. Собственно, видеозапись, предложенная вниманию журналистов без упреждающих толкований ее, уже сама по себе дала ответ на многие вопросы, и самый главный из них: почему милиции пришлось применить силу!

А показали вот что. Показали, как Виктор Анпилов, московский лидер российской коммунистической рабочей партии, берет мегафон, выступает вперед и зовет распаленную площадь на штурм милицейских кордонов: «Я прошу подойти вплотную!..» Показали, как толпа бьет стекла грузовиков, выламывает колья из заборов, громит палатки коммерческой торговли. Показали, как генерал Макашов, взвинчивая единомышленников, четким командирским голосом дает установку: «Вы должны помочь армии восстановить в стране законную власть» и увлекает за собой жалкое воинство, состоящее преимущественно из стариков. Этих людей, агрессивно настроенных и одновременно беззащитных, как никто, надевших на митинг всей жизнью оплаченные медали и ордена, можно и должно понять, им нельзя не сочувствовать. Да и кому, если честно, не политиканствуя, помешали бы несколько тысяч человек на огромной Манежной, куда не пускала городская власть, то ли перепуганная, то ли подверженная идеологической вкусовщине.

Но тогда и другой вопрос: не стыдно этих-то людей, плохо понимающих, что же происходит с ними и со страной, пугать «заговором империалистов», «масонами-сионистами», «происками ЦРУ» и швырять на омоновские дубинки? И вообще: кому и зачем вдруг потребовалось с таким «священным» надрывом отмечать дату рождения Красной армии? Сколько помнится, никогда прежде в этот день, в отличие, скажем, от 9 мая, всенародных шествий не наблюдалось. День защитника Отечества (он и был, по сути, всегда таковым, хотя и назывался иначе, этот мужской праздник) стал лишь поводом для политической демонстрации, впрочем, небеспричинной: судьба армии действительно вызывает большую тревогу. У всех — не только у марширующих с плакатами «Слава КПСС!».

Минувшее воскресенье в Москве, говорят, точь-в-точь — повторение 28 марта прошлого года: огромное скопление милиции, вооруженный спецназ, тяжелые грузовики, перегородившие улицы. Только тогда, мол, митинговали демократы, а теперь они сами — власть, не терпящая инакомыслия.

Да, омоновец, бьющий сапогами под ребра подростка, поднявшего красное знамя, уже не забудется, станет кошмарным символом разочарований (а поводов для них, увы, куда больше, нежели дал один этот день) в новой власти. Да, резиновые дубинки, жестокость, не оправдываемая ничем, даже весьма агрессивным подчас поведением демонстрантов — все это почерк иного режима, чем тот, к какому никак не придем все мы, отягощенные большевистской наследственностью. Но, с другой стороны, как сказал на пресс-конференции московский вице-премьер Александр Музыкантский, никогда не наблюдалось такой митинговой агрессии, никогда легковые машины не пытались протаранить живую цепь милиции, никогда не было столько разбитых киосков и ларьков. По словам Музыкантского, блок коммунистических и национал-патриотических сил перешел к насильственным провокационным действиям.

Нет, 28 марта 1991 года все было по-другому. «Удивительно это преображение измученных очередями, коммуналками, ценами, разрозненных и озлобленных против всего на свете и друг против друга людей — в отзывчивых, скорых на улыбки, жаждущих единения самоотреченных «сограждан» — таким запечатлелся этот день на страницах «Известий». Кровавым он не стал потому, что лидеры демократов сцепили руки и встали между милицией и народом. Они не толкали на провокации, не распаляли толпу, как Макашов, Алкснис и Бабурин, а призывали своих единомышленников к выдержке и спокойствию. И обошлось без столкновений.

Спрашивали о количестве жертв. Начальник Московского ГУВД Аркадий Мурашев сообщил, что, по официальным сводкам, в медицинские учреждения города обратились 7 пострадавших от действий милиции. В списке же пострадавших милиционеров 21 фамилия.

Было опровергнуто заявление группы политических лидеров о насильственной смерти одного из участников манифестаций. Судмедэксперт Н. Селютина, производившая вскрытие, телесных повреждений не обнаружила — Николай Денисович Песков, 69 лет, скончался от острой сердечной недостаточности.

Глава московской милиции сообщил также, что ОМОН начал действовать лишь после того, как были прорваны три милицейских кордона и несколько омоновцев получили увечья.

«Ложь!». «Прекратите пропаганду!», «Научись говорить по-русски!» — этими и подобными комментариями корреспондентов «Советской России», «Молодой гвардии» и других патриотических изданий пресс-конференция походила на несанкционированный митинг. Представители городских властей реагировали сдержанно и уже на провокации не поддавались.

17 марта национал-патриоты и неокоммунисты намечают новый митинг — в поддержку созыва Съезда народных депутатов СССР. Раны, полученные 23 февраля, окажутся пропагандистски сильнее и выразительнее лозунгов и плакатов. Но, хочется надеяться, и городской власти достанет мудрости и политической воли, защищая демократию, обеспечивая общественный порядок и безопасность граждан, не преступать разумных пределов.

«Известия» 26 февраля 1992 года