February 3

Правительство России готово на уступки, но не на отставку

Прошел месяц с того дня, как «амнистированные» цены вышли на свободу. Первым итогам этого освобождения, а также перспективам реформы в России была посвящена пресс-конференция вице-премьера Егора Гайдара.

Если попытаться определить коэффициент повторяемости вопросов на пресс-конференциях правительств последних лет, то можно с уверенностью сказать, что вопрос «когда в отставку?» звучит гораздо чаще, чем «как идут дела?» или «что собираетесь делать?» Нынешней российской команде этот полюбившийся многим вопрос задают едва ли не с первых дней. Но чем дальше от бывших ноябрьских праздников, когда был сформирован кабинет, тем с большей уверенностью правительство заверяет о том, что в отставку не собирается. Очередное заявление в ответ на очередной вопрос об этом сделал на пресс-конференции 3 февраля Егор Гайдар. Судя по содержанию ответов на другие вопросы и, может, в большей степени по тону, вице-премьер считает, что самую опасную «остановку» мы уже проехали, а значит, и положение его команды обрело большую устойчивость. Хотя, как показывает практика правительственных отставок, смена команды никак не зависит от ее готовности к таким переменам.

Наиболее существенным итогом первого месяца реформы следует, вероятно, считать то, что удалось, по мнению правительства, избежать запуска механизма гиперинфляции «Цены — зарплата — цены», и пока события развиваются не по худшему сценарию. Гайдар опроверг появившиеся в печати сообщения о том, что он якобы обещает инфляцию в феврале на уровне 450—500 процентов. Повторение январского всплеска, способного в 4—5 раз взвинтить уже достигнутый к концу месяца уровень цен, он считает просто невозможным. При этом вице-премьер намекнул на то, что само распространение информации о якобы правительственном прогнозе инфляции подобного уровня принесло немалый доход тем, кто это придумал и осуществил. Предположение любопытное, но даже если под ним есть какое-то основание, вряд ли допустимо оставлять все на уровне намеков, ничем конкретным их не подтверждая. Слишком велики инфляционные ожидания, чтобы совершенно искренне, без всякой корысти, верить в возможность дальнейшего безудержного роста цен. Правительство считает, что в феврале и марте, если не произойдет ничего темпы роста снизятся.

На другой «обязательный» вопрос — о вероятности денежной реформы Егор Гайдар ответил, что правительство заинтересовано в сохранения существующей денежной единицы. Даже отказ от рубля второго по величине пользователя — Украины вряд ли может оказать решающее влияние на его судьбу, особенно если удастся договориться о цивилизованном выведении рубля из оборота государств, вводящих свои валюты, то есть об их изъятии и возвращении государству-эмитенту — России. Единственное, что в принципе может измениться, сказал Гайдар, это некоторые технические детали.

Под техническими деталями, надо полагать, имеется в виду замена знакомого профиля и другой символики на банкнотах, которая может быть осуществлена чисто техническим вытеснением одних купюр другими, без сопровождающих обычную денежную реформу конфискационных последствий. В принципе после того, как январский инфляционный шок существенно обесценил деньги, находящиеся в обращении, вопрос об их реформе утратил свою актуальность.

Касаясь налогов и бюджетной политики в целом, Гайдар заявил о возможных корректировках налога на добавленную стоимость, некоторых экспортных тарифов и социальных программ. Предстоящие корректировки, прежде всего в области налогов, явились компромиссом между жесткой бюджетной позицией правительства и мощным давлением со стороны парламента. Обе стороны не удержались на своих крайних точках и вынуждены были уступить. Характер и объем правительственных уступок, как заметил по этому поводу Гайдар, восторга не вызывают, но тем не менее не являются разрушительными для проводимой реформы. Относительно критики в адрес правительства со стороны Александра Руцкого, особенно обострившейся в последнее время, вице-премьер высказался в том духе, что если кто-то из политиков хочет дистанцироваться от проводимого курса, то это его, политика, личное право, которое надо уважать.

Вероятно, чтобы не выглядеть чрезмерно оптимистичным, Гайдар сказал, что, миновав пик инфляции, мы не преодолели еще главные трудности, которые нас ждут даже при самом благоприятном развитии событий. Наличие колбасы в магазинах и замедление темпов инфляции люди будут воспринимать как должное, а замедление роста зарплаты — как недопустимое. О безработице — неизбежной спутнице структурной перестройки экономики и говорить не приходится. Все это будет нравиться людям еще меньше, чем нынешнее положение дел, но все это будет.

«Известия» 4 февраля 1992 года