January 26

Опять на смертный бой?

В конце декабря 1991 года на первом съезде РОС (Российский общенародный союз, лидеры Сергей Бабурин, Николай Павлов и др.) один из выступавших предложил сделать песню «Вставай, страна огромная, вставай на смертный бой!»… гимном всех патриотических сил. Тогда я услышала об этой идее впервые. Не прошло и месяца, как она была претворена в жизнь. Грозная песня, рожденная грозным временем нашей истории, пошла-загуляла по стране. Теперь уже трудно представить себе хоть один коммунистический митинг или собрание (а их в последнее время стало, ох, как много!) без нее, громко и гордо подхваченной вышедшими из недавних окопов, но уже поднявшимися во весь рост коммунистами.

В Москве и Питере они провели манифестации с главным лозунгом: «Правительство Ельцина — в отставку». В Барнауле и Ульяновске торжественно и строго отметили 68-ю годовщину со дня смерти Ленина, поклявшись до конца отстаивать «вечно живое, всепобеждающее учение — марксизм-ленинизм». И… начали подготовку к очередному съезду КПСС.

«Мы ждали этого часа, и он пришел…»

Так сказал мне на большевистском митинге, состоявшемся 12 января в Москве, пожилой человек, назвавшийся Григорием Николаевичем. «Теперь уж, после такого повышения цен, народ скинет всех этих буржуев во главе с Ельциным! Конец демократам!»—торжествующе заключил он. И было в его глазах столько ненависти…

2 января начался переход от централизованной экономики к свободному рынку. «Шок» оказался сильнее, чем рассчитывали, «терапия» пока запаздывает. Это правда. Как правда и то, что без ошибок не обойтись, когда ломаются структуры, которые складывались десятилетиями.

Специалисты подчеркивают: либерализация цен — не прихоть Бориса Ельцина. Держать цены в узде было уже невозможно. Необходимы были решительные шаги. Но для того чтобы скорее пройти этот период, нужны поддержка и понимание основной части населения.

Однако с первых же дней началось давление со всех сторон на Ельцина и его правительство. Особенно стараются большевики в расчете на социальный взрыв, на то, что именно на этой волне они снова вернутся к власти. Правда, взамен президентских реформ, кроме уже знакомой нам по истории формуле «грабь награбленное» (во всяком случае именно об этом говорит на митингах экономист от большевиков Сергеев), они пока ничего не предлагают. Вернуться назад, «к системе старых ценностей и старых взглядов», как сказал Ельцин, призывают они. И опять толкают нас к призракам, к химерам, к утопиям, замешенным на крови, — классовой борьбе, диктатуре пролетариата и величию социализма.

«Наши»

«Наши» посещают все коммунистические митинги. Плечом к плечу идут молодые парни рядом с ветеранами… Идут отцы и дети… У отцов, как правило, в руках красные флаги — цвет пролитой крови, у сыновей — черные, с лаконичной надписью «Наши».

Во время одной из манифестаций удалось мне поговорить с двумя «нашими». Совсем мальчишки… Джинсовые куртки, небрежно наброшенные на шею яркие шарфы… Молодые и независимые.

— Что такое «наши», кто такие «наши»? — переспросил надменно один из них (лет 15—16, зовут Иваном).— «Наши» — это наши, те, кто против Ельцина, кто за Русь великую, кто за русских. У нас флаг — как у Невзорова, только у него на флаге написано «НТК» (независимая телекомпания), а у нас просто — «Наши».

Второй, на вид лет 19, словоохотливо продолжил: «Мы носим этот флаг везде с собой. Черный цвет флага — это цвет народа, обыкновенного народа, цвет черни. Рабочего человека… Кто я по профессии? Пока никто. В прошлом году закончил школу, пока нигде не работаю и не учусь… Позовут — пойду бить их всех, кто СССР разрушил… И всех инородцев!»

Невдалеке от «наших» красовались портреты Сталина и плакаты «Демократы, убирайтесь вон!».

«Наши» появились во всех слоях общества. Есть «наши» рабочие, «наши» инженеры и врачи, есть «наши» бомжи, есть «наши» мужчины и «наши» женщины.

Самые страшные «наши» — это метящая в лидеры, в спасители народные публика. Эти «наши» пострашнее пацанов с черными флагами и ветеранов с орденами. Думается, что господин Жириновский тоже мог бы спокойно называться «нашим». Точно чувствует молодежную моду, да и конъюнктуру духовного рынка тоже. Вот недавно на США «вещал»… Стрижка — любой парнишка из этих, с черными флагами, позавидует! А речь! А раскованность! Куда там «нашим» — простым, растерявшимся перед рынком людям! Их ведь так долго приучали: «Рынок — это суть капитализма», а капитализм… Страшнее его ничего нет! «Без пяти минут президент» Жириновский, и многие наши «патриоты» и играют на этом. Жириновский, например, недавно негодовал «во имя русского народа»: «Казахстан и Кыргызстан следует отменить как государства!» Решил он поучить даже «заокеанского дядюшку Сэма» — кстати, как мы теперь узнали, великого труженика и великого патриота своей страны: «В Нью-Йорке много негров и азиатов…» Непорядок это…

Нет, нашим «нашим» до Жириновского не дотянуть. Да ладно, Владимир Вольфович уже в зубах навяз. Настали новые времена, и появились новые имена. Виктор Анпилов, например… Это он, бесстрашный, не побоялся на Всеармейском совещании занять трибуну и, несмотря на неодобрительность и шум в зале, бросить лозунг: «Защитим советскую власть!». Очень напоминала эта сцена сцену из так памятных нам всем советских патриотических фильмов.

Виктор Анпилов не маскируется: он первый секретарь Московского оргбюро российской компартии… Так и подписывается в своих листовках. Сложнее выяснить, кто такой Сергей Скворцов. Недавно он возглавил один из митингов. Вроде бы от имени ОФТ — Объединенного фронта трудящихся. Лозунг Скворцова в духе дня — «Защитим интересы народа!».

Готовят Сталинград

Да, у народа становится все больше и больше «защитников». И они «открывают нам глаза»: политика впервые всенародно избранного Президента — антинародна! «Вставай на смертный бой!».

К бою за идеалы социализма призывают нас не только политики определенного толка, но и писатели, и преподаватели. Из писателей наиболее яркие в этом отношении имена Бондарева и Проханова. Из преподавателей, конечно же, — Нина Александровна Андреева. Сейчас ее называют звездой необольшевизма. Свой доклад в Беларуси на прошедшей там конференции большевистской фракции (а это был конец 1991 года) она закончила словами: «Впереди — наш Сталинград. Будущее за коммунизмом. С бессмертным знаменем Ленина мы победим!»

Наш Сталинград… Величайшая героическая и кровопролитная битва Великой Отечественной войны, в которой «противник потерял убитыми, ранеными, пленными и пропавшими без вести полтора миллиона человек» (из Военного энциклопедического словаря). О наших потерях в том же словаре скромно умалчивается. Теперь, когда многое тайное становится явным, мы узнали, что в годы войны за каждого немецкого солдата заплатили жизнями несколько наших солдат. Так надо ли призывать к новому Сталинграду?

Максим Горький — большевистский, пролетарский! — в «Несвоевременных мыслях» писал в мае 1918 года: «Надо работать, почтенные граждане, надо работать, — только в этом наше спасение, и ни в чем ином. Садистическое наслаждение, с которым мы грызем глотки друг другу, находясь на краю гибели, — подленькое наслаждение, хотя оно и утешает нас в бесконечных горестях наших. Ну право же, не стоит особенно усердно предаваться делу взаимного истязания и истребления… Будем работать спасения нашего ради». Может, внять этому откровению?..

Нина Муравьева.

«Российская газета» 27 января 1992 года