January 7

Просьба не путать с концом света

Мы уже притерпелись, пообвыклись, не обращаем внимания. А любой свежий в нашей стране человек начинает всеми фибрами ощущать атмосферу безысходности, апатии, обреченности. Впечатление такое, будто мы живем на собственных похоронах. Или на постоянно действующей панихиде по социализму, империи и привычному образу жизни. Все это действительно умерло, но, во-первых, недостойно оплакивания, а во-вторых, сама-то жизнь продолжается! Более того, смею утверждать, что только теперь и начинается настоящая жизнь. Но мы не хотим этого замечать, упорно и уныло путая начало новой жизни с концом света

А тут еще либерализация цен, которую не то что понять — выговорить невозможно. Хотя должен заметить, что в последнем повышении цен уже заметно одно обнадеживающее обстоятельство — оно действительно последнее. Hv можно еще отпустить цены на хлеб, молоко и соль. Но нельзя и дальше морочить людям головы, выдавая переписывание прейскурантов за экономическую реформу.

Придется придумывать что-то новенькое. Как в свое время придумали игру на повышение цен, когда фокусы с производственными показателями стали очевидны и младенцу. Помните: нормо-часы, прибыль, чистая продукция, полный хозрасчет, переполненный хозрасчет…

И тогда были прозорливые люди, которые предупреждали, что не производственные показатели надо менять, а само производство. Но власть, не желающая терять власть, делала вид, что не понимает. Уж лучше прослыть глупой, чем быть экономически безвластной.

Нынешнее правительство у нас самое образованное — сплошь с учеными степенями и званиями, с поголовным владением английским. Но когда говорят по-русски, что сначала надо бы сделать свободным человека, а уж потом можно освобождать и цены, опять же не понимают. И поэтому утомленные реформаторскими потугами граждане спрашивают только об одном: когда же наконец все это рухнет?

Отвечаю: не раньше, чем кончатся наличные деньги для раздачи зарплаты. А так как у нас все дефицит, то и деньги должны рано или поздно исчезнуть. Уже печатают купюры по 500 рублей. Говорят, готово клише для тысячных. Уже думали, а не вернуть ли н обиход отобранные сотни? Уже почти всерьез обсуждали переименование пятерок в более крупную деньгу — скажем назначить их исполняющими обязанности 500-рублевок.

Пока остановились на либерализации цен и новом налогообложении. Некоторые дружественные государства, как известно, просили отложить освобождение цен. Но тогда пришлось бы отложить и выдачу зарплаты. Собственно, на некоторых предприятиях и в бюджетных организациях её в январе не выдавали, а о премиях никто и не заикается.

Так что же такое либерализация цен? Первый шаг к рынку или последняя попытка сохранить экономический централизм на республиканском уровне? Скорее всего, и то и другое. Первый не самый удачный шаг и последняя безнадежная попытка. Словом, это этап, который надо пережить. Как мы пережили управление государством с помощью постановлений, потом — сделанных на глазах у изумленной публики законов, как пережили ускорение, аренду, первое повышение цен и многое, многое другое.

А что потом? Что будет, если через несколько месяцев выяснится, что прилавки и казна по-прежнему пусты? Я, конечно, не собираюсь утверждать, что так оно и случится. Ведь у реформаторов остается возможность от деклараций перейти к делу и действительно отдать землю в частное владение, узаконить акционирование государственных предприятий и даже продажу их с молотка, реально освободить от инструкций, запретов и безумных налогов внешнюю торговлю и перевести на частные рельсы внутреннюю, открыть двери перед иностранным капиталом…

Можно и дальше перечислять, что стоило бы срочно сделать, но лучше оглянуться, присмотреться и убедиться в том, что все это в жизни уже само по себе делается. Власти спорят, как приватизировать жилье — бесплатно или с выкупом? А на каждом столбе висят объявления «куплю квартиру» или «продам квартиру». И прозрачный намек на доллары. Власти никак не поделят построенное, а только в Москве совместные предприятия уже приступают к сооружению нескольких отелей. А коттедж вам построят хоть завтра — были бы земля и деньги. На берегу Телецкого озера один предприниматель строит целый туркомплекс — с отелями, магазинами, церквами.

Нет частной собственности на землю, но множатся фермерские хозяйства. Нет закона об акционерных обществах, но одно за другим акционируются предприятия, и даже такого масштаба, как автомобильные заводы. И магазины переходят в частные руки. Правда, не так быстро, как того хотели бы власти. Но ведь наши власти — вечные путаники: они желают, чтобы сначала человек купил магазин, потом они сделают цены свободными и, может быть, когда-нибудь отдадут землю земледельцу, чтобы было чем торговать в частном магазине по свободным ценам. А люди предпочитают обратную очередность.

Так или иначе, но пока основная масса граждан проливает не совсем трезвые слезы на поминках по собственному прошлому, предприимчивая молодежь нахально гуляет на презентациях своего настоящего и нашего общего будущего. Конечно, ни доморощенные биржи, ни коммерческие магазины и банки сами по себе нас из экономической пропасти не вытащат. Но они вкупе с торговыми домами, акционерными обществами, совместными предприятиями накопили уже такой капитал, что казна может только позавидовать. И как любят у нас говорить по любому поводу, процесс пошел.

Пока правительство на Старой площади ломает голову, где взять деньги, рядом, в одном из подъездов Политехнического музея, Российское инвестиционное общество за несколько месяцев собрало больше миллиарда. Эти деньги (и еще миллиарды) будут вложены в производство продукции, так как инвестиции в посредническую деятельность, торговлю, биржи и прочее уже не очень выгодны.

Это не первое и не последнее инвестиционное общество. И недалек тот день, когда у государства совсем будет отобрана последняя экономическая функция — собирать и распределять деньги. Собственно, предприниматели уже сейчас лучше государства аккумулируют средства. Не стоит сомневаться в том, что они и лучше их используют. Хотя бы потому, что государство все пытается поддержать старую экономику, а предприниматели создают новую. И с нее государство ничего, кроме налогов, иметь ко будет. Все остальное — хозяевам, акционерам, работникам.

Смирится ли с таким раскладом правительство? Если благоразумия хватит, то смирится. Если не хватит, то… видимо, будет другое правительство.

Возможно, диктаторское, если грузинская трагедия никого ничему не научила. Однако и это придется пережить. Хотя по логике развития к власти должны наконец прийти диссиденты, как это произошло в других более западных странах. Правда, мы своих политических диссидентов давно извели. Но остались и стремительно множатся экономические диссиденты. Пока их время еще не пришло. Пока народ в общей массе терпеть не может предпринимателей, видит в них корень всех своих бед, а в коммерческих магазинах — потенциальную возможность отвести душу. Но разве с кооператорами было не то же самое? Несколько лет назад уже совсем было решили уничтожить эту нечистую силу, но тут как раз и обнаружилось, что больше 15 миллионов того самого «народа» уже кормится за счет кооперативов. И неплохо, между прочим, зарабатывает.

Боюсь, что, когда бизнесменов соберутся бить, выяснится, что они сами кого угодно поколотят. Да и за что их теперь бить? После либерализации ген коммерческие магазины стали наиболее доступными для народных масс. Во всяком случае окорок там никогда не стоил 180 рублей, а сыр — 210.

Но стоит ли из-за этого впадать в транс и думать, что наступил конец света? Ведь все же наоборот — настоящая жизнь только начинается. Такая жизнь, в которой окорок и сыр стоят очень дорого, но те, кто умеют и хотят их делать, будут стоить еще дороже. Как только они получат свободу.

«Известия» 8.01.1992 г.