January 5

Наша промышленность благополучно движется к натуральному обмену

Проведенной реформы цен совершенно недостаточно для того, чтобы наполнились прилавки магазинов, утверждают руководители московских предприятий. По их мнению, у промышленности нет никаких запасов, которые могли бы быть немедленно выброшены в продажу по новым ценам, и нет возможностей, тем более стимулов, для расширения производства.

Последние экономические решения российского правительства руководители московских государственных предприятий оценивают весьма скептически. По их мнению, высокий налог на прибыль предприятий, вступивший в силу одновременно с освобождением зарплаты, стимулирует дальнейшую депрессию производства.

— Предприятия заинтересованы в том, чтобы скрывать прибыль, — утверждает директор концерна «ДЕКО» Н. Фуга, — так как треть ее государство все равно изымает через налог. Раньше от размеров прибыли зависели премии, составлявшие существенную часть заработка. После снятия ограничений на зарплату мы и без премии можем заплатить работнику столько, сколько считаем достаточным. Заработок закладывается в себестоимость продукции — ведь цену теперь мы назначаем сами. Поэтому мы будем стремиться к минимальной прибыли — только чтобы ее хватило на оплату электроэнергии, воды, накладных расходов, формирование фондов, помощь пенсионерам и так далее.

Абсолютно не работают отечественные деньги. Директор чулочно-носочного объединения Р. Зыкова не смогла заключить ни одного договора на поставку сырья в нынешнем году. Шерсть, полушерсть, хлопок продаются только за валюту. Швейное объединение «Женская мода», по словам директора Т. Баркановой, значительную часть сырья покупает на биржах. «Бешеные цены» не имеют значения для производителя — они включаются в затраты, которые оплатит покупатель. Но даже на биржах количество сырья, тем более качественного, очень ограниченно. «Женская мода» подрядилась шить изделия французским фирмам из сырья заказчиков, продавая за валюту труд своих работников.

Около половины деревообрабатывающего оборудования, выпускаемого концерном «ДЕКО», обменивается на металл и комплектующие для производства этого же самого оборудования. Кроме того, часть готовой продукции уходит по бартеру за зарубежный ширпотреб (как правило, в развивающиеся страны). Московский нефтеперерабатывающий завод часть продукции меняет на продукты питания.

Держать средства на счетах предприятий руководители считают недальновидным и стремятся вложить их во что угодно — в сырье, недвижимость, валюту и так далее. Директора в основном не видят целесообразности расходовать в нынешней ситуации средства на расширение и обновление производства и освоение новой сложной продукции. В то же время многие выражают беспокойство по поводу тотального засорения народного хозяйства морально устаревшей техникой.

По данным зарубежных экспертов (отечественные данные, как известно, до сих пор не публикуются), стоимость только продовольственной корзины на одного человека в день возросла с 3,27 рубля на 1 апреля до 40 рублей на 9 декабря прошлого года. Практически на всех предприятиях в меру возможности принимаются меры по защите работников от инфляции. Делается это не только за счет резкого увеличения зарплаты и прочих выплат, но и при помощи частичной натурализации. Последнее включает в себя дотации (иногда — полную оплату) питания в рабочих столовых, приобретение за счет предприятия проездных документов на транспорт, распродажу по госценам или выдачу в качестве «подарков» дефицитных товаров и продуктов питания. На Московском шинном заводе при высокой выработке в некоторых цехах раз в 2—4 месяца часть зарплаты выдается в виде комплекта шин. Подобная натуральная, не обесценивающаяся зарплата принята также на некоторых предприятиях радиоэлектронной, пищевой промышленности.

Характерно, что свободой установления цен на свою продукцию не воспользовался практически никто, за одним исключением, о котором чуть позже. Даже те предприятия, которые последнее время продавали свои изделия по так называемым договорным ценам, не смогли распорядиться новыми правами. Все вывели новые цены по старой методике, от затрат: если сырье подорожало в среднем в шесть раз — значит, примерно в шесть раз подорожало и конечное изделие. О том, чтобы побольше «накрутить» затраты, позаботились практически все, хотя в нынешних условиях этого не требовалось. Зато никто не позаботился о предварительном исследовании спроса на свой товар, определении возможностей его реализации, изучении поведения покупателей в период гиперинфляции и так далее. Иными словами, ни на один товар не назначена цена спроса-предложения. В пользу затратного принципа приводятся аргументы в основном морально-этического характера, а предложения поступиться этим принципом в основном расцениваются как провокационные.

Единственный из семи опрошенных мною руководителей, который готовился к началу экономической реформы, серьезно изучая рынок, возглавляет совместнее советско-французское парфюмерное предприятие «Сореаль», производящее шампуни, лаки для волос, дезодоранты. По словам директора СП В. Кравченко. «Сореаль» пользуется методикой своего французского партнера — фирмы «Л Ореаль», которая умудряется прибыльно торговать даже в странах с такой гиперинфляционной экономикой, как Мексика, Перу, Бразилия. Он продемонстрировал таблицы, характеризующие состояние советского рынка с точки зрения французских экспертов. Эти так называемые индикаторы экономики, позволяющие сопоставить среднюю зарплату с уровнем инфляции, внутренние цены с мировыми, определить масштабы спроса на товар и покупательную способность населения, дают предприятию возможность назначать действительно рыночные цены. Добавлю, что все методики являются ноу-хау французской стороны, оценки которой не совпадают с прогнозами российского правительства. Так, французские эксперты предполагают, что к концу нынешнего года не только не произойдет финансовой стабилизации, но уровень инфляции подскочит примерно до 600 процентов в месяц, что тем не менее не должно привести к сокращению производства СП «Сореаль».

Все директора крайне недоверчиво восприняли введение налога на добавленную стоимость. По их мнению, в своем нынешнем виде это не что иное, как прежний «президентский» налог. Руководители московских предприятий уверены, что установление «потолка» торговой надбавки, тем более суммарной, независимо от количества посредников, заставит торговлю искать каналы реализации продукции через черный рынок. Акцизы на некоторые виды товаров носят непомерный характер. Например, шинный завод поставляет продукцию объединению «Москвич» по 640 рублей, а в торговлю — по 1300 рублей. Акциз на шины сопоставим с водочным и составляет 62 процента. После установления торговой надбавки цена шин в госсекторе поднимается до полутора тысяч.

Цены на некоторые виды товаров — в частности, на пиломатериалы — растут так стремительно, что их продажа теряет всякий смысл. До 2 апреля кубометр досок стоил 150 рублей, сегодня—1500, и цена повышается ежедневно. Пиловочник, кирпич, другие стройматериалы и прочие товары инфляционного спроса продолжают оставаться выгодным способом защиты средств от инфляции и соответственно в госторговлю поступают в минимальных объемах.

Для тех, кто переживает по поводу слишком стремительного разрушения старого механизма планирования и распределения, сообщаю утешительную весть: дело его живет. Ежедневно в 9 утра главный инженер нефтеперерабатывающего завода или его заместитель отчитываются перед Комиссией по оперативному управлению народным хозяйством Москвы, сколько бензина произведено за сутки, и узнают, сколько и кому должно быть отгружено. Руководство завода к этому порядку относится с пониманием. У этого предприятия, кстати, госзаказ на 1992 год составляет 87 процентов от объема производства, — естественно, под гарантированное снабжение и фиксированные цены на основные виды продукции. Все это очень устраивает руководство предприятия.

Местные власти внимательно курируют и другие «стратегические» предприятия. Так, например, шинному заводу, заикнувшемуся было о мечте разделить с кем-нибудь честь снабжения шинами объединения «Москвич», было немедленно указано на его неполное соответствие московским стандартам.

Продолжает действовать и видоизмененная система отраслевого распределения. Постановлением российского правительства, изданным в октябре прошлого года, некоторым акционерным структурам дано монопольное право распоряжаться распределением дефицитного сырья в республике-государстве. В некотором смысле это даже хуже прежних министерств, потому что в акционерных обществах меньше стесняются всякого рода «подарков», чем в старых министерствах, а цены теперь не те, что прежде. К сырью, имеющему «государственное» значение, относятся некоторые виды химической продукции — например, полиэтилен, а также бумага и некоторые другие сверхдефицитные товары.

В целом, по мнению руководителей государственных предприятий, условия на экономическом пространстве, где им приходится действовать, пока не благоприятствуют развитию производства. Многие связывают это с отсутствием или по крайней мере очень ограниченным присутствием в российском правительстве людей, непосредственно знакомых с практическим хозяйствованием. Очень велико раздражение на засоренность хозяйственного законодательства, его нестыковку, несоответствие инструкций постановлениям, а постановлений — указам Президента. В связи с этим многие действия властных органов воспринимаются с недоверием, а просчеты усугубляют разочарование. Большинство московских руководителей пока избрало для себя выжидательную тактику.

«Известия» 6.01.1992 г.