August 21, 2021

Заявление М. С. Горбачева по советскому телевидению 22 августа 1991 года

Дорогие сограждане. Я выступаю сейчас перед вами уже в тот момент, когда могу с полным основанием сказать — государственный переворот провалился. Заговорщики просчитались. Они недооценили главного — то, что народ за эти, пусть очень трудные, годы стал другим. Он вдохнул воздух свободы, и уже никому этого у него не отнять.

Взрыв народного негодования вызвали государственные преступники, посягнувшие на демократию, попытавшиеся восстановить тоталитарный режим. Они попытались осуществить самое страшное — направить армию против народа. Но и это у них не прошло. Многие командиры, офицеры, большинство солдат, целые части и соединения отказались выполнять их приказы. Остались верными присяге, встали рядом с отважными защитниками демократии.

Когда 18 августа четверо заговорщиков явились ко мне в Крым и предъявили ультиматум—либо отречься от поста, либо передать добровольно им свои полномочия, либо подписать указ о чрезвычайном положении, я им тогда сказал — вы авантюристы и преступники, вы погубите себя и нанесете страшный вред народу, у вас все равно ничего не выйдет. Не тот стал народ, чтобы смириться с вашей диктатурой, с потерей всего, что завоевано в эти годы.

Одумайтесь, дело кончится гражданской войной, большой кровью, вы ответите за это. Я отверг все их притязания. Тогда они обложили войсками дом, где я был на отдыхе, причем и с моря, и с суши, устроили психическое давление, следили за каждым шагом, наглухо изолировали от внешнего мира.

Очевидно, задача была такова — сломать Президента психологически.
Я это особенно понял тогда, когда мне стало известно содержание пресс-конференции этого, так называемого, Государственного комитета по чрезвычайному положению. Когда они объявили, что я не способен выполнять функции Президента, более того, они пообещали в ближайшее время представить на этот счет медицинское заключение.

Значит, задача исходила из того, если факты не соответствуют их заявлениям, то есть состояние Президента является другим, то надо его любыми способами довести до такого состояния, чтобы он действительно был сломлен физически и психически. 72 часа я не знал, что происходит в стране.

Заговор сорван, авантюристы арестованы и понесут суровое наказание. Но кровь была пролита. Пали жертвой защитники свободы. Я приношу глубочайшие мои соболезнования их семьям, родным и близким, их друзьям и коллегам. Их имена должны быть запечатлены на памятных досках в местах их гибели.

Я хочу поблагодарить всех тех, кто, рискуя не только положением и личной свободой, но и часто жизнью, стал в первые шеренги защитников конституционного строя, защитников закона, прав человека. Прежде всего я должен отметить выдающуюся роль Президента России Бориса Николаевича Ельцина, который стал в центре сопротивления заговору и диктатуре, Председателя правительства России Ивана Степановича Силаева, Вице-президента России Александра Владимировича Руцкого, многих политических и общественных деятелей, весь Верховный Совет Российской Федерации, москвичей и ленинградцев, вставших также на защиту демократии. Я не могу не отметить беззаветную преданность своему демократическому профессиональному долгу огромного большинства журналистского корпуса, всех средств массовой информации. В этот трудный час они безошибочно выбрали, где и с кем им быть, не испугались, не струсили, не стали лебезить перед узурпаторами.

Большое значение в срыве заговора имела принципиальная позиция президентов и парламентов большинства республик, областей России, местных Советов. Они сумели твердо встать на защиту законности и своих суверенных прав.

Я выражаю признательность народам и правительствам зарубежных стран, которые в эти критические для нас дни выступили в защиту демократии в Советском Союзе, поддержали законное руководство страны. То, что произошло в эти дни, мало сказать «большой урок для всех нас». Это тяжелый урок. Страшная наука. И надо сделать все необходимые выводы и в области государственного строительства, и в отношениях между республиками, между партиями и общественными движениями, в межнациональных отношениях и, конечно, в экономической политике, в сфере духовно-нравственной.

На что рассчитывали заговорщики? На то, что народ устал от ожидания улучшения жизни, что кризис продолжается, спад производства не остановлен, тяжелое положение на рынке, расстроены финансы, растет преступность. Люди не хотят с этим мириться. И они правы. Но заговорщики не учли, что люди хотят, чтобы все эти вопросы решались законно, в рамках демократии, а не за счет свободы человеческих прав, не путем диктатуры и насилия. Нам надо сплоченнее и быстрее идти по пути радикальных реформ. Завтра состоится моя встреча с руководителями девяти республик. Мы все обсудим, все взвесим, продумаем неотложные меры, ближайшие перспективы, способы действий, взаимодействия, согласованные действия. И скажем об этом стране и миру.

Помимо наказания главарей заговора, чувство справедливости требует оценки действий и тех должностных лиц, которые могли, но не оказали противодействия перевороту, заняли выжидательную позицию, а то и готовы были пойти на поклон к преступному комитету по чрезвычайному положению.

Конечно, речь не идет о том, чтобы преследовать этих людей, если их действия не носили противоправного характера. Но общественность должна знать, кто чего стоит. Кто как себя показал в этот ответственный момент, каково его истинное лицо. Я считал бы правильным, если бы лица, которые не нашли в себе мужества встать на защиту закона, сами подали в отставку с государственных постов.

Я уже говорил с руководителями республик о дальнейших планах действий, и, по-видимому, в ближайшее время будет назначена новая дата подписания Договора. После этого последует принятие новой союзной Конституции, нового избирательного закона, выборы союзного парламента и президента. Надо провести эту работу в установленные сроки, не затягивая, поскольку затяжка переходного периода, как видим, опасна для демократических преобразований.

Следует сделать должные выводы из того, что оказалось недостаточно надежной системы государственной безопасности. Эти вопросы требуют самой тщательной проработки, ими также надо заняться в ближайшее время.

Я, как Президент, глубоко переживаю все то, что случилось. И чувствую свою ответственность перед всеми вами. За то, что не все сделал для того, чтобы этого не произошло. Я должен сказать то, что в эти дни мы все пережили. Это тяжелый урок, и прежде всего для меня. Урок и в отношении подхода к выдвижению руководящих кадров. Теперь видно, например, что Съезд народных депутатов, отказавшись в первом голосовании избирать вице-президента, был прав, а Президент, используя свои возможности, настоял на своем. И ошибся. И можно сказать, что это не единственная ошибка.

Сейчас первостепенная задача — вывести страну из шока. Было бы неоправданно считать, что вся опасность позади. В этой связи сейчас более всего необходима ответственная позиция всех политических сил, стоящих на принципах демократии. Все мы, кто сокрушил этот заговор, кто стал стеной на пути этих преступных замыслов, должны ни в коей мере не следовать тем методам, к которым они прибегали — заговорщики. Мы должны строго руководствоваться Конституцией и Законом и действовать согласованно и ответственно. События этих дней показали, что общество уже вышло на новую ступень развития. Что возврата назад не будет, как бы этого ни хотелось реакционным силам, что мы в принципе выбрали правильное направление прогресса страны.

Мы все пережили трудные дни. Так давайте пойдем смелее и решительнее вперед наученные и этим горьким опытом. Благодарю вас всех, дорогие товарищи, от кого в эти дни все те, кто встал на защиту демократии, я, как Президент, получили самую и, может быть, самую главную поддержку.

Спасибо.

«Известия» 23.08.1991 г.